Ловец теней прошлого

Может, именно этой части сознания Лану и не хватало для того, чтобы принять решение о суициде уже без всяких заморочек с «несчастным случаем»?

Как вели себя пациенты «того» медицинского центра Анатолий помнил превосходно, несмотря на то, что прошло много лет. С той только разницей, что тогда на каждого пациента, которого пытались вытащить, приходилось по десять человек, врачей, медсестёр, и прочая и прочая. Ну и он, психолог. И работы там было не на час. Он с отчаянием посмотрел на мальчика. Лан. Брат Филиппа, брат друга.

Маленький. Таким он был, когда Филипп попросил о помощи в первый раз.

Этот мальчишка забился в угол между стенкой и кроватью, натянув одеяло до подбородка. Все вещи в комнате были явно изменены с помощью молекулярной реконструкции – словно напоминание Анатолию, что его пациент не только телепат, но ещё и телекинетик. И в раздражении на неудачливого психолога может и о стенку его приложить, и в прикроватную тумбочку вмонтировать на молекулярном уровне. В тумбочке наполовину вросшие в пластик черно-красными подошвами, уже красовались чьи-то тапки – предыдущий «посетитель» мальчишки успел ретироваться, оставив «на поле боя» в виде трофея свою обувь.

- Вот это и называется «кармическое наказание», - хмыкнул червячок в сознании Анатолия, - Ты его предал. И друга предал, и его младшего брата. Прошёл мимо беды твоего лучшего друга, просто потому, что был «занят». Ты сделал выбор. А теперь ты за этот выбор платишь. Так как кто-то решил помочь вместо тебя. И помог. Запер ту часть сознания, что причиняла боль.

Решение-то логичное. Только вот… неправильное.

- Как же решать эту головоломку, и нужно ли? Вдруг действительно не помогу, а наоборот, добавлю проблем? - устало подумал Анатолий,  затем испугался – мальчик же телепат, для него любая мысль оппонента – как произнесенная вслух!

- Анатолий, друг твоего старшего брата, мы с ним вместе учились, - Анатолий протянул руку мальчишке, ладонью вверх, как протягивают руку недоверчивому щенку, чтобы обнюхал и уверился, что опасности нет.

Что еще можно сказать мальчишке он не знал, но надеялся, что ненависть в глазах ребенка относится к кому-то ещё, не к нему, - А тебя зовут Лан?

- Откуда ты… почему… ты не можешь знать, я никому не говорил! – мальчик потрясенно глянул на Анатолия, - Так имена коммандор-капитаны сокращают! Меня… так никто не называет, даже мама!

- Извини. Тебя сейчас так зовут все, кроме мамы. Ты вырос и стал планетарным коммандор-капитаном.