Зеркальные миры. Хранители Эрохо

Не каждое слово должно быть произнесено, скажу больше: сами звуки могут погубить многое и бросить нас в горнило войны.

— Герцог... вы хорошо себя чувствуете? — никогда Керво не говорил так путанно и странно откровенно. Причем в его искренности Амари впервые не сомневался: герцог верил в то, будто произойдет нечто очень плохое, попытайся он рассказать все, как есть.

Керво покачал головой. Амари он показался очень уставшим и, наверное, поэтому мягче, чем обычно.

— Вас потрясло несправедливое обвинение в смерти той несчастной? — решил перевести он тему, а Амари не стал сопротивляться.

Лучше уж они поговорят о пустяках, нежели Керво примется философствовать о войнах и тайнах.

— Не знаю... Я готовился к чему-то подобному, но не ожидал целого бунта, — признался Амари. — Поймите меня правильно: то, что сурэйцев не любят на севере, известно мне с детства, но антипатии к нам подвержены в основном аристократы, а не обычные люди. Я не ждал от них подобной ненависти. Я думал, они...

— Любят своего короля и, соответственно, вас? — Керво опустился в кресло напротив, налил себе вина.

— Толпа — та же шлюха. И нужно ей, кстати, того же — ваших денег и власти. Зайдите в любой бордель, киньте пару тарлев, и вас обслужат по высшему разряду, но вряд ли к любви это будет иметь хоть малейшее отношение. — Снова откровенность, но уже не такая пугающая, а в духе Керво — надменно-оскорбительная.

— Вы ненавидите людей, — Амари не ждал ответа; скорее, просто хотел продлить разговор. Видимо, успел привыкнуть к злым насмешкам и к тому, что даже дельные советы Керво бросает зло.

А еще: к помощи из-под палки, навязанному вниманию, подаренной, будто кость бездомному псу, жизни. Как же это выводило из себя поначалу! Как бесило! Но... отчего-то сегодня все изменилось.

— Я не терплю фантомов вроде любви по обязательству, ими слишком легко прикрывать недостойные действия и мысли. А еще я ненавижу, когда лгут самим себе.

Примерять высказывания Керво иначе, чем на себя, у Амари не выходило, но действительно ли тот хотел обвинить именно во лжи?

— По-вашему, я лгу?.

. И в чем же, право?!

— Вот вы как раз здесь вовсе ни при чем, — сказал Керво и улыбнулся одной стороной рта. В кабинете, освещенном лишь камином, это выглядело жутковато. — Хотя... как иначе понять вашу блажь? Поимка зверя... хм... смешно. Вы верите в то, что совершите подвиг, но на самом деле желаете лишь возвратиться к Алонцо, а еще лучше — отправиться на ближайшую войну. С кем там намечается?..