Песнь золотого дракона

Корган напомнил себе, что терпение — высшая добродетель, и не стал забрасывать её новыми вопросами, попросту протянул для начала руку в разодранном рукаве.

Эмеральда продолжала бормотать слабо слова то ли извинений, то ли объяснений, но взялась за работу: лишь провела ладонью, и рукав вновь стал целым. Потом последовал второй рукав, а потом Коргану пришлось подсесть ближе и подставить для починки рваные дыры на груди и спине. Что его удивило больше всего - тело не пострадало ничуть.

Конечно, дело могло быть и в магии, но как Корган убедился совсем недавно, враждебное колдовство никого не щадило. Вопросы копились, а к поиску ответов он приступать боялся: как бы опять не оскорбить принцессу каким-нибудь неуместным жестом или глупым словом.

— И что вы всё молчите? — Эмеральда почти вернула себе естественный цвет лица, и ей надоело оправдываться. — Я тут говорю, а вы всё молчите!

— Я жду, пока вы закончите свою речь, — Корган отряхнул ставшую целой одежду.

— Спасибо, думаю, теперь можно идти обратно.

— Можно, если вы способны подняться на ноги и устоять, ведь не всякому человеку под силу выжить в магической ловушке, — принцесса обеспокоилась. — Тем более самому отбиться от враждебного колдовства.

— Как это, самому? — Корган жаждал восстановить справедливость. — Мне помогали вы и леди-феи.

— Ах, не обманывайтесь! — Эмеральда сверкнула глазами по-настоящему сердито.

— Я просто была рядом, а они ещё и целоваться лезли, что обычному альву дарует магию, а обычному человеку тоже дарует, но отбирает взамен драгоценные силы!

— Вот и повод проверить, сколько у меня отобрали, — Корган устал от слов, устал находиться так близко от альвы и ничего не понимать, он оперся о колено, поднялся, с усилием и не очень быстро, зато уверенно. — Как видите, всего ничего, поэтому оставьте пустое беспокойство, я разве что танцевать не смогу, ну так, по счастью, я всего лишь рыцарь-человек на празднике бессмертных альвов, никто и не заметит.

— Я замечу! — принцесса притопнула ножкой. — Я хочу танцевать с вами, сэр рыцарь!

— В таком случае, вынужден огорчить, в другой раз, принцесса, — он предложил ей руку. — Обопритесь и пойдёмте, отсутствие получилось каким-то неприлично долгим.