Песнь золотого дракона

— Вам нужно восстановить силы, сэр рыцарь, а одна я танцевать не хочу, тем более не хочу танцевать с кем-то!

Приободрившийся было Корган ещё раз напомнил себе, что он тут всего лишь гость, не стоит питать необоснованные надежды. Эмеральда позволила ему себя поцеловать - несколько раз поцеловать, но кто знает, что именно это означает для альв? Возможно, ему повезло стать её первой влюбленностью, возможно, она ожидала более серьёзных действий, возможно, интересовалась отличиями человека от альва, а возможно, это было начало большого чувства.

Поручиться за неё он не брался, зато вполне мог поручиться за себя: он, первый рыцарь короля Варры, сэр Корган, сэр Пятно, сэр Ничейный сын, по уши влюбился в изумрудную принцессу альвов.

Со своим сердцем не смог бы совладать ни последний рыцарь, ни первый, Корган и не собирался, но мог обещать себе и Эмеральде, пусть она никогда об этом не узнает, мог обещать быть бережным и не ломать то, что по природе было хрупким. Не сокрушать чувства, не быть грубым и не топтать кованым сапогом то, что можно просто обойти.

Возможно, это составляло его слабость, но Корган привык беречь, что было ему дорого, и отступать от собственных принципов не собирался, где бы ни находился - в королевстве людей, во владениях альвов, в пучине морской или на вершине мира.

Эмеральда подняла ослепительно-белую руку и провела ладонью по голове Коргана. Волосы  зашевелились, похоже, укладываясь в нечто, достойное праздника у альвов, а вот сам первый рыцарь замер совершенно.

Прикосновение ладони альвы почти не ощущалась на его голове, оставляя после себя лишь ощущение свежести и облегчения. Он заподозрил было, будто принцесса колдует, но Эмеральда покраснела, улыбнулась феям, незаметно поправившим его волосы, и приготовилась, кажется, извиняться.

За наблюдательность Корган мог бы себя похвалить, если бы в этом нуждался, принцесса действительно произнесла сочувственно и вновь смущённо:

— Простите Виа и её подружек, сэр первый рыцарь короля Варры. У них не было иного выхода, они вытащили вас из серых тенёт за волосы.

Мы, то есть они, торопились, вы были на пороге смерти!

Теперь стало понятно, почему голова так болела. Если его, высокого и тяжёлого человека, беспомощного и неподвижного в тот момент, все эти волшебные девы тащили непосредственно за оставшиеся после стрижки волосы… Корган ещё раз недоверчиво ощупал затылок, наткнулся на что-то живое, вытащил из волос фею и аккуратно выпустил недовольную малютку.