Холодный жар измученной души

Тоска закралась незаметно, подступила со спины, намертво обвив своей скользкой рукой шею Эредина. Он — венец госпожи Неудачи, шествующий за спинами магов. Неокрепший, все еще несостоявшийся как мужчина и заклинатель, но готовый биться до последнего за свои идеалы и идеи. Тэмиен не слукавил, столь явно очертив начало пути Эредина — все великое начинается с малого. Это юноша осознавал всегда, хоть и не стремился хватать с неба звезд. Да, его устраивал былой уклад. Да, он был готов прожить так до конца отведенного ему времени.

Да, вопреки мечтаниям сказал бы, что его жизнь не идеальна, но полна духа авантюризма и приключений. В конечном итоге, был ли такой человек, который смог бы назвать свою жизнь идеальной? 

— Урок истории в младших классах начнется совсем скоро. Советую поспешить, — мужчина развернулся, достаточно бодро ступая к винтовой лестнице, и прежде чем Эредин успел хоть что-то протараторить, добавил. — Налево от главного входа, вперед и снова налево.

Учебники получишь потом. 

***

Занятие не задалось с первых минут. Но не потому, что горе-маг опоздал или заплутал по дороге — он, конечно, не был следопытом, но в двух коридорах разобраться мог. С самого начала, стоило Эредину переступить порог обширного кабинета, вмещающего в себе порядка двадцати душ, он стал настоящей мишенью для детских глаз. Где-то удивленных, непонимающих, где-то насмешливых и озорных, и лишь в редких случаях — ничего не выражающих, безразличных.

Расположился юноша в самом конце кабинета, у окна. Столов здесь не было и в помине, как стульев, пергаментов и перьев с чернилами. Напротив Эредина, у противоположной стены, дети оцепили зрелого мужчину, сидящего точно так же на полу. Ноги его были скрещены и подложены под себя, крепкие руки упирались в колени, а сам он так увлеченно говорил о чем-то, что совершенно не заметил вошедшего студента. 

— Учитель Пьяскун, — девочка лет десяти подняла руку, стараясь привлечь к себе внимание.

— Учитель Пьяскун, здесь какой-то дядя. 

Мужчина отвлекся не сразу, но все же прервал свою упоительную историю о становлении королевства. Посмотрел на юношу, улыбаясь искренне и приветливо, а потом, подозвав Эредина в круг детей одним только жестом, перекатился с ягодиц на копчик, всплеснув руками. 

— Надо же, еще один взрослый ученик! — Пьяскун хохотнул, рассматривая юношу под шепот детей.