Дрянная девчонка

После этих слов он развязал мешочек, взял тоненькую дольку груши и стал ее есть. При виде этого зрелища мой рот наполнился слюной, ведь позавтракать сегодня я так и не успела. Вот гад! Это мои груши! В прошлое попадание в карцер их вместе с книгой мне передали Милада с Тимуром, чтоб, как они сказали, "лучше думалось о собственном безобразном поведении". Но вместо дум об оном, я провела время за чтением. "Легенды земель семи ветров" оказались на редкость увлекательной книгой. Но в прошлый раз дочитать до конца я ее не успела, командор решил сжалиться надо мной и выпустить на самом интересном месте.

Когда один из героев прошлого столетия Святогор Силоверт, интересно, кстати, за что он получил такое прозвище, "призвал силу великую, да почувствовал, что совладать с ней не сможет". Учитывая, что дело происходило у самого барьера, вышедшая из-под контроля сила грозила разнести его в клочья и открыть врата для мрака. Но раз наш мир все ещё существует, выкрутиться Святогору все же удалось. И просясь сегодня в карцер, я рассчитывала узнать как. Потому что достать оставленную там книгу мне так и не удалось. Командор тем временем взял вторую дольку груши и, проследив за моим взглядом, произнес:

–Угощайся.

Просить дважды я себя не заставила, а то вдруг передумает проявлять щедрость, и запустила обе руки в мешочек. От моей " скромности" левая бровь командора саркастически изогнулись и свой ломтик до рта он так и не донес. А я, ссыпав большую горсть сухофруктов в карман жакета, взяла одну дольку и стала не спеша грызть ее:

–Сладкая, прелесть просто.

Сразу видно, что в сушку пошли спелые груши, а не твердая падалица. – И, глядя на замершего Яромира, добавила: – Вы тоже угощайтесь.

Усмехнувшись, он последовал моему совету. Какое-то время мы молча поглощали груши, а потом командор, взяв в руки "Легенды" заметил:

–Между прочим, хорошая книга. О величайших людях нашей истории. Тебе бы с них пример брать по обращению с силой.

Я согласно кивнула:

–Между прочим, из-за вас мне так и не удалось ее дочитать.

От моей наглости Яромир чуть не подавился. Откашлявшись, он засмеялся:

–Вот и проявляй после этого человеколюбие к подчиненным, прекращая наказание досрочно.

–А я вас об этом и не просила.

–Ну что мне с тобой делать, Божена?

–Простить и отпустить?– предложила я.

–Размечталась. Будем перевоспитывать тебя трудотерапией. Не знаю, улучшит ли это твой нрав, но, надеюсь, времени на всякие выходки останется меньше. Займёшься восстановлением клумбы.