Я, утопленник

По крайней мере, пока я не знаю всех правил подводного мира. В конце концов, не съест же меня Архип!

Дождь закончился, но было еще пасмурно. Хорошо — солнце не донимает. Вот бы дождик еще подольше пошел... Добравшись до площади Александра Невского, я посмотрел на стоявший на ней памятник великому князю. Вот ты умер, подумал я, и теперь каменный... А я умер — и живой. Отчего-то не захотелось к Неве, и я остановился у входа в Лавру. Времени у мертвеца достаточно, невесело подумал я и решил прогуляться по кладбищу.

Подобное притягивает подобное, философски подумал я, пройдя по булыжной мостовой через башню с аркой. Да и вообще, вдруг я призрак Достоевского увижу? Мысль насмешила. А что? Если я дрался с русалкой, которую никто из десятка людей на берегу не разглядел, почему бы мне призраков не увидеть? Справа и слева протянулись унылые грязно-желтые стены с двумя калитками, за ними виднелись роскошные гробницы петербургских знаменитостей. Я остановился в проеме и шагнул внутрь.

Могилы как могилы. Мелкие группки туристов прохаживались по неровным песчаным дорожкам. И никаких призраков.

— Молодой человек!

Я вздрогнул. Вот голос! Мертвеца напугать может!

— Вход только по билетам! Билеты в кассе рядом...

Я покорно кивнул громогласной контролерше, но в кассу не пошел, а зашагал дальше. Пересек мост над каналом с черной стоялой водой и, миновав группку неустанно крестящихся попрошаек, вошел в обширный двор.

Ушей коснулось благоговейное перешептывание паломников, и уверенная речь экскурсовода, стоявшего с группой щелкающих фотоаппаратами иностранцев. В отличие от них, у меня Троицкий собор не вызывал никакого восторга. Церковь как церковь. Спас на Крови куда интереснее смотрится.

Я прошелся по двору и увидел вход в собор. У ступеней расположились попрошайки, настойчиво-приглушенными голосами выпрашивая милостыню. Я сделал несколько шагов и в приоткрытой двери увидел сияние.

Словно мощный прожектор стоял с той стороны, светя заходящим в храм людям прямо в глаза. Но никто не морщился и не отворачивал глаз. Почему же меня слепит? Потому что мертвец или оттого, что некрещеный? А войти я смогу?

Дух авантюризма овладел мной, и я, не оглядываясь, двинулся к цели. Опустив лицо к полу, я попытался войти в храм. Что за... Попав под луч «прожектора», моя кожа стала обугливаться, словно я вошел в гигантскую микроволновку.