Вольник

Злясь на себя, дочь, солнце, наполнившую дом вонь и, конечно, вольника знахарка упала на кровать, уткнувшись лицом в ароматную подушку. Не прошло и минуты, как мучившаяся несколько дней от бессонницы знахарка уснула крепким сном. На этот раз кошмары отступили.

Пробуждение вышло ужасным: голова гудела, глаза по ощущению превратились в два булыжника, к тому же Виду охватила слабость – побочный эффект усыпляющих отваров.

Пока она приходила в себя в голове мелькнула паническая мысль: "Люты нет рядом!" Когда вспомнила, что дочь утром в слезах убежала из дома, а в окно уже осуждающе поглядывает луна, знахарка вскочила с кровати и не запирая с грохотом стукнувшую о стену дверь, ворвалась в клубившийся за порогом туман.

Она сорвала горло и перебудила всех деревенских жителей. Обыскала каждый куст, каждый ров и каждое место, которое любила Люта. Дочери нигде не было.

– Нет... – вдруг громко простонала знахарка и начала оседать на землю. Мужчина, стоявший поблизости едва успел подхватить ее под локоть.

– Что?! – хором воскликнули женщины, схватившись кто за мужей, а кто за сердца.

– Она пошла за ним. Люта пошла в город!

– Так это же лучше! – попытался ободрить дедок. – На дороге мы быстро отыщем, это не в лесу неделями блуждать.

Представив, как ее малютка плачет от голода и страха, вздрагивая от каждого шороха, Вида и сама зарыдала. Деревенские бросились утешать знахарку, приговаривая всякие глупости, лишь бы отвлечь ее от горя. Вот только успокоить материнское сердце словами было невозможно.

Ей нужна дочка: живая и невредимая. Все остальное не имело смысла. Вся жизнь не имеет смысла без ее цветочной девочки.

Женщины остались с едва живой Видой, мужчины же разделились на сонные отряды, разошедшиеся во все стороны.

– Не убивайся ты так, – буркнула молодая девушка, недовольная тем, как быстро возлюбленный бросился на помощь знахарке.

– Найдут твою козочку! – гладила по голове слепая на один глаз старушка.

– Зверьё уже к спячке готовится, так что и лес ей не страшен! – бодро сообщила многодетная мама и вздрогнула от усилившегося плача.

Трое из пятерых детей подхватили рыдания. Теперь головы разболелись даже у тех, кто ещё полчаса назад мог похвастаться бодростью тела и духа.

Ближе к рассвету начали возвращаться мужчины. Вида до последнего вглядывалась в их силуэты, в надежде увидеть доверчиво жавшуюся даже к незнакомцам фигурку. Но напрасно. Заголосили петухи, очнулись храпевшие за столом женщины. А Люта так и не нашлась.