"Переверните облака"

Испанец улыбнулся, и глаза его сверкнули знакомым блеском.

- А еще я очень рад, что нашел здесь родственницу. Юную, прекрасную и не по годам мудрую, la Reуna! Теперь я буду называть тебя – nieta.

– Я согласна отзываться на «внучку» - хихикнула я. – Но вы для меня горец!

ГЛАВА 11. Поговори со мной о сентябре…

Домой мы возвращались немного грустные, но умиротворенные. Все дорогу Эстебан рассказывал мне о домике в пригороде Барселоны, где он родился и вырос. Этот дом построил еще его прадед из дерева и желтого песчаника.

- Там есть настоящий patio - оплетенный виноградом прохладный внутренний дворик с маленьким фонтаном. Садик с апельсиновыми деревьями. И широкая каменная изгородь, за которой видна дорога, убегающая в холмы. В детстве я любил сидеть на ней, болтая ногами, и смотреть вдаль. Сеньорита Рейна, вы должны непременно посетить наше родовое гнездышко. Ведь теперь это и ваш дом тоже.

Предложение мне очень понравилось, но я постеснялась объяснить добрейшему сеньору, что такие путешествия вряд ли по карману бедным питерским студенткам.

Тем временем, мы вышли на Никольскую площадь, и я с удивлением и радостью увидела возле дома знакомую фигуру в светлом плаще.

- Где это тебя весь день носило, дорогая Буратина? – поинтересовался «Пьеро», как только сеньор Монтойя, по-отечески подмигнув нам, скрылся в подъезде, оставив меня наедине с юношей. - На Поле Чудес «стипуху» закапывала, чтоб золотое деревце вырастить?

- Ага - хмыкнула я.

- С такими ценами надо не одно деревце с монетками вместо листьев растить, а целую рощу. Тут вот неожиданно появившийся родственник меня в гости в Барселону зовет. А на какие шиши туда лететь – непонятно.

- У тебя есть родня в Испании? – изумился Петя.

Пришлось вкратце рассказать ему о нашем походе в музей. И о странном открытии, которое мы с Монтойей после этого сделали.

- Да-а - задумчиво протянул юноша. - Наш город располагает к долгим прогулкам и чудесным находкам. Ну, так ведь недаром поэты говорят, что Прошлое и Будущее ходят, взявшись за руки, по улицам Питера.

«И блуждают на Невском в камзолы одетые тени» - процитировала я Городницкого.

И осеклась, вспомнив свой сон. Почти с тревогой посмотрела на своего собеседника. Петя-Пьеро был просто зеркальным отражением молодого крепостного актера из моего сна! Те же легкие, пушистые, чуть рыжеватые волосы. То же тонкое лицо с острым подбородком и блестящие карие глаза.