"Переверните облака"

- Что это там впереди? – с детским любопытством спросила Реджина, вглядываясь вдаль. – Такое огромное? Как будто хрустальная гора из сказки.

Юноша улыбнулся и встряхнул головой, словно отбросив печальные мысли:

- Вы почти угадали, моя королева. Это горы. Не хрустальные, однако, а ледяные. Самолично нашими мастерами по увеселениям сотворенные. Сейчас подъедем, и посмотрите.

Тройка остановилась. Петр протянул руку, помогая девушке выбраться из саней. Реджина снова удивленно ахнула, запрокинув голову и разглядывая грандиозную постройку.

Сооружение оказалось еще выше, чем это виделось издалека. Гуляющие поднимались по длинной крутой лестнице на верхнюю огороженную площадку и, сев на санки, низвергались вниз по ледяной поверхности крутой деревянной горы. В морозном воздухе гулко разносился хохот, молодецкий свист и женский визг.

- Как весело! – юная актриса даже захлопала в ладоши. – Прокатимся и мы, правда ведь, Пьетти?

- А не забоитесь, сеньорита? – с шутливой насмешкой вскинул бровь юноша.

Реджина гордо выпрямилась.

- Верно, не слышали в ваших северных краях, что девы Испании нежнее лилии и тверже стального клинка. Мне незнакомо слово «страх»!

- Тогда – вперед!

И только обжигающий вихрь в лицо! Пронзительный удар сердца и замершее на миг дыхание! И рука, родная, сильная, добрая крепко обнимающая мои плечи. И его дыхание на моей щеке. Так близко, что становится сладостно и страшно одновременно. Небо – высоким синим куполом, а белая земля летит тебе навстречу. И ты летишь! Навстречу счастью ли своему? Гибели? Уже не важно! Как краток и вечен этот миг полета вдвоем!.

..

А потом юноша и девушки вышли из санок. Реджина и впрямь почти не испугалась. Но за руку Петра держалась еще долго. Снова гремела музыка и смех. Веселый дедок - блинник в распахнутой шубе кружился вокруг.

- Подходи, народ! Без блина не Масляна! Блины горячи, прямо из печи! С икрой, с кашей, с медом, с простоквашей! Эй, барин молодой, угости невесту блиночком! Вишь, какая она у тебя румяная.

Пусть еще краше станет!

Испанка смеялась, пробуя исконно русское лакомство. Вместе с юношей они пили дымящийся сбитень из толстых деревянных кружек. А когда небо над Марсовым полем потемнело, и праздничный гомон толпы стал тише, Петр с Реджиной возвращались обратно. Тройка остановилась перед особняком Елагина.

- Сколь любезно было со стороны нашего смотрителя театра дать вам приют в его доме, - сказал юноша, только чтобы разбить наступившую грустную тишину.