Имперская сказка

Куда девалась усталость Джорджи, он буквально вприпрыжку бросился подниматься на второй этаж. Я, все-таки в сильном волнении, вынужден был тоже побежать за ним. Сейчас мне предстоит увидеть императора огромной страны, одного из самых могущественных людей планеты.

В небольшом излишне загроможденном мебелью кабинете сидел в кресле огромный грузный мужчина. А ведь он еще совсем молод. Большая залысина на лбу, впечатляющая борода. Светлые немного навыкате как у всех Романовых глаза добро и весело смотрят на уже устроившихся у него на коленях Ксению и Мишу.

Маленький Миша теребит ручонками отцовскую бороду. Джорджи, буквально оттолкнув младших детей, повис на мощной отцовской шее. Мне же пришлось обнять то ли плечо то ли руку. Раздался веселый раскатистый смех.

– Ну как натанцевались?

Смеялся отец, расхристывая огромными ладонями наши вихры.

– А танцевать то вам нравится?

– Девчонкам и Ники нравится.

Джорджи, язва.

– Ники, так ты танцор?

– Да, папа, мне нравится танцевать.

– Неплохо было бы немного при этом заниматься и математикой. Мать уже рассказала о твоих математических успехах. Да, даже не проси, в шхеры с нами не поедешь. Это не за то, что не успеваешь, а за то, что соврал. Надо же сказать учителю, что готовился по книге, а сам ее даже не разрезал.

Впрочем, строгие по смыслу слова императора не совпадали с его добрым и веселым тоном. Младшие дети продолжали весело щебетать Александру, а он выглядел счастливым. У меня не было возможности вставить и слово.

Пятичасовое чаепитие проходило в чисто романовском кругу. Родители, я, Джорджи и Ксения, а также новые для меня родственники. Родной дядя Владимир, и двое молодых двоюродных дядь, Александр и Сергей Михайловичи. Владимир Александрович держал себя барственно, иронично-снисходительно. Интересно, его бакенбарды тоже похожи на бивни как у Даниловича, но на бивни изящные и модные. У генерала-наставника они же кажутся устаревшими и громоздкими. С отцом дядя Владимир держится почтительно.

Особенно это было заметно, когда они вместе входили в комнату. Император ростом 1м 93 см, а дядя на десять сантиметров ниже и килограмм на 25 легче. По-моему, богатырское сложение отца заставляло Владимира Александровича робеть. Должно быть сказывалось проведенное вместе детство. Они воспитывались и учились вместе так же, как и я с Георгием, только разница была в два года. Должно быть старший брат- богатырь не раз мял бока младшему.