Книга зелёного камня

Только магам было дозволено находиться в нём, так как именно в Храмовом саду росли розовые деревья, столь ценные своей листвой. Там же были и плодовые культуры, кустовые цветы и огромные небесные скребуны, гордость Ллорднера, чьи кроны терялись в облаках.

Сад не был спрятан за оградами и непроницаемыми стенами, нет, он был весь на виду, привлекая и зазывая, однако его охраняла мощная магия, которая не давала возможности проникнуть в него тем, кто не имел на то права.

Принцип действия заклятия Тода знал, так как это входило в обучение, ведь магам требовалось знать и уметь использовать множество трав, потому и в сад проходить они тоже должны были уметь.

Чары отвращали желание. Человек смотрел на сад, хотел полюбоваться им изнутри, но подходил ближе и испытывал вдруг удовлетворение увиденным, сменяющееся сильным желанием поскорее уйти, подобно переевшему человеку хочется пойти прочь от стола с яствами. Только поставив духовный замок и зациклив мышление, можно было пройти внутрь.

Зажав пальцы должным образом, Тода освободил разум от лишнего, удивившись про себя простоте, с которой он это сделал. Зациклив одну единственную мысль о том, что он хочет попасть в сад, юноша двинулся вперёд. Сад принял его без возражений.

Витиеватые тропы разбегались в разные стороны, запах деревьев и цветущих кустарников наполнял лёгкие, слегка дурманя голову. Свежесть, красота, покой... Благодаря всё той же оградительной магии, звуки городской суеты не тревожили слух посетителей этого волшебного места.

Лишь умиротворяющий шелест листвы, пение птиц и звук собственного дыхания.

Рамилла могла быть здесь. Сейчас был Средний час, тот самый, когда солнце было в зените, неофиты отдыхали и готовились к вечерней практике.

Насколько знал Тода, она была младше его на один год, соответственно, ещё не проходила Испытание. Юноша был абсолютно уверен, что она сходу пройдёт его. Об этой девушке ходили разговоры в Академии. Более собранной и талантливой воспитанницы Старейшины не видели никогда.

Говаривали, что сама госпожа Энайя благоволила к ней.

Шурша листвой под ногами (листьев было много благодаря опадальщику, весьма специфическому дереву, постоянно сменяющему листву), Тода двигался по тропе влево, углубляясь в сад. При мыслях о возлюбленной у него внутри зародился тревожный холодок. Забавно, он был таким никчёмным, а всё равно надеялся на ответные чувства той, которая была куда как лучше него.