Полынь-звезда

- Ну, как? - с гордостью спросил Фибул. Его прямо-таки распирало от радости: наверняка я была первой, кому он показал свое жилище.

- Фундаментально, - я разглядывала гигантскую корзину с легким ужасом. Это ж сколько сил и терпения надо иметь, чтоб такое забацать? Хотя ему тут все равно заняться было нечем. Время же как-то убивать надо.

- Пойдем, я тебе все внутри покажу, - Фибул чуть ли не вприпрыжку кинулся открывать дверь. Тоже плетеную, и тоже плотную, как доска. Ему пора патентовать методику плетения из лозы!

Внутри оказалось неожиданно просторно и тепло.

Минотавр наверняка, как и все здешние обитатели, плохо переносил яркий свет: развешанные по углам светильники еле-еле мерцали, давая света ровно столько, сколько требовалось, чтобы не натыкаться на многочисленную плетеную мебель. Подобно Безумному Шляпнику в «Алисе», Минотавр мог бы зваться Безумным Плетенщиком. Нет такого слова? Так будет! Тут и кресло-качалка, и стол, и шкаф, и тумбочки, и книжные полки... Ума не приложу, как он все это сделал.

- А что за лампы такие интересные?

Свет был желтоватый, мерцающий. Однако внутри лампы не было огня. Там клубился мутный туман, растекающийся по стенкам и изгибавшийся в причудливые фигуры.

- А, это я с собой еще с Земли прихватил. Папашка мне через верхний люк скидывал все, о чем я просил. Вот я и химичил понемногу. Могу объяснить, как получить такое вещество, если хочешь. Раньше я наугад все делал, а теперь книжек поначитался, так и формулами могу все обрисовать, - с готовностью предложил он.

- Не, не надо. Химия — это не мое, - отказалась я. Кто бы мог подумать, что Минотавр окажется гением и эрудитом. С каждой минутой я все больше поражалась, что за мозг скрывается в этой бычьей голове. Ему бы профессором в университет, а не в лабиринте круги нарезать.

- Как хочешь. Ты вино красное любишь? - он легко менял темы, перескакивая с одного на другое. Мне уже казалось, что это невероятное существо способное разговаривать часами о чем угодно, то и дело попутно соскальзывая на десять параллельных тематик.

За полетом его мысли уследить было нелегко.

- Эммм... Вроде, да, - неуверенно ответила я. Все-таки память моя ограничивалась сегодняшним днем.

- Вот и славно, - радостно воскликнул Минотавр. - Я сейчас!

Похоже, ему и правда регулярно доставляли все, что угодно. А, точно. Ведь правило нашего мира — никаких ограничений. Вот только почему его держали в лабиринте? Свобода передвижений — это главное...