Между тьмой и огнем II

Лилит с сомнением посмотрела на Мирославу и с чувством произнесла:

– Как бы там ни было, а я рада, что родилась полноценной, в своем измерении. Вы, эмигранты, совершенно безнадежны. 

– Это было не толерантно, – осуждающе сказала Мира. И запоздало поняла, что ляпнула.

– Вот-вот. Об этом я и говорила, – ухмыльнулась Лилит. – С завтрашнего дня начинаются твои репетиции. Посмотрим, на что ты способна в нашем деле. 

Мирослава неуверенно кивнула, закрыла ставни. Потом легла, укутавшись одеялом и провалилась в тревожный сон, в котором Олаф тянул к ней мертвые руки, покрытые зелеными струпьями.

Глава 9 Игривая наездница

– Ты готова? – не скрывая насмешки, спросила Лилит. 

Суккуба стояла в углу у древнего патефона, готовая включить музыку. Другие девушки лениво прислонились к стенам и хореографическому станку, глядя на Мирославу. Она замерла в центре небольшого репетиционного зала с зеркалами, одетая в откровенную форму одной из младшеньких, подходившую к ее скромным пропорциям.

Крылатая глубоко вздохнула и кивнула, глядя на отражение Лилу. Зазвучала музыка и Мира начала танцевать. Она чувствовала ужасную скованность, так что ни о какой раскрепощенности и тем более распущенности, не было и речи. Помимо смущающих взглядов суккуб, падшей ужасно мешали крылья. Каждое движение сопровождалось их подергиванием, словно они пытались раскрыться. То, что эффектно смотрелось во время порхания в объятиях кавалера, выглядело совершенно идиотски при попытке создания эротичного танца.

После минуты этих пыток, добрая половина суккуб начала фыркать, недобрая откровенно ржала в голос. Среди них была и Лилит, которая не могла найти в себе силы даже выключить музыку. Мирослава остановилась и закатила глаза. Последнее время она столько тренировалась драться, что теперь и без крыльев ее движения скорей напоминали отработку приемов Джиу Джитсу, чем попытку совращения. Отсмеявшись, Лилу подошла к Мире и пристально посмотрела на черное оперение, торчавшее из-за спины крылатой, потом внимательно осмотрела поджарое тело.

– Ты когда-нибудь пела на сцене?

Мирослава смущенно покачала головой. 

– Скоро начнешь. Над голосом можно поколдовать, а вот над твоими танцевальными спазмами при такой комплекции, боюсь, уже ничто не властно.

Суккубы рассмеялись и встали к станку, чтобы приступить к репетиции. Мира же наоборот села в углу и стала наблюдать за тренировкой.