Головная боль без возврата и обмена

Адская боль - наказание за провинность от хозяина. Значит, мои догадки верны, и Норт всего лишь домовой дух, не имеющий ни права голоса, ни личной комнаты в собственно сотканном мире.

Эвирендел хмурится и склоняется надо мной, осторожно пытается убрать мою руку, чтобы посмотреть на место, куда пришёлся удар, но я слишком сильно плачу, чтобы успокоиться или поддаться увещеванием. И, признаться, плакалось мне не от боли, а обиды и всего, что я пережила за последние несколько месяцев и дней.

— Ну-ну, не плачь.

Я не дам тебя больше в обиду, — хозяин подходит ко мне слишком близко, жестом показывая нутрии, что тот может идти и, присев рядом, нежно проводит рукой по спине. Сердце делает кульбит, по телу пробегает приятная дрожь. Эвирендел кашляет, спокойно собирает кусочки яблока и куда-то уходит в сторону от коридора. — Вставай. Тебе надо подобрать одежду, денег пока нет, поэтому выберем что-нибудь из моих старых вещей. Мне они уже малы, а вот тебе будут как раз.

Всхлипываю ещё несколько раз, и Дан ждёт, пока моя истерика сойдёт на нет, и я смогу подняться, ковыляя за ним. Какой он хороший… Кажется, из-за призыва я совершенно не задумалась о том, что он может быть действительно искренним со мной по поводу путаницы вызова. Хотя с другой стороны мне слабо верится в его слова - он слишком сильный маг, чтобы сделать настолько дурацкую ошибку и вместо "золота" воссоздать ил из болотного озера.

Пока мы идем до его комнаты, я успеваю сто раз устать от непродолжительной ходьбы и зацепиться за руку мужчины, поправив волосы и чувствуя себя чуть получше.

В эти хоромы я точно не вписываюсь.

— И это, Ин, извини за то, что избил при встрече. Я был уверен, что призвал духа мужского пола, и уж точно уверен, что ты просто нацепила облако, чтобы запудрить мой мозг, — маг толкает массивную ясеневую дверь с длинной прямоугольной ручкой и потирает лоб костяшкой пальца.

— Ина? — показалось, что ослышалась, но, кажется, нет.

Сердце грохотать не перестало. Да что со мной делает этот человечишка.

— Я подумал, ты не будешь против, — он пожимает плечами и осторожно стряхивает мою руку со своей, направляясь сразу к огромному шкафу.

Ничего себе… Вот это комната… Всё вокруг выдержано в спокойных не броских тонах. Окно с массивным широким подоконником занавешено плотным светло-серым хлопком с большими тёмно-серыми ромашками с оранжевой сердцевиной.