За горизонтами разума

– И ты с тех пор больше туда не ходил?

– Неа.

– А как к зоопаркам ты относишься?

– Ну, более терпимо...

– А почему?

– Я, наверное, странный?

– Есть немного... Но все-таки объясни.

– Понимаешь, в цирке зверей заставляют делать разные вещи, нет, не жестокие, но несвойственные им. Неестественные для их поведения. Мне кажется, что это грустное зрелище. А потом... Они в неволе, в рабстве.

– В зоопарке животные тоже в неволе.

– Да, но у них там есть хотя бы какое-то свое личное пространство. Ну, клетка там, вольер и тому подобное.

У них хоть видимость свободы. Это внешнее насилие, а не внутреннее. В пределах загона они свободны. Есть настроение – ешь сено, хищник ты – мясо. Хочешь, можешь поголодать или побиться копытами там, лапами об стены клетки, вынашивать планы побега, бунтовать, быть несогласным.

– Ну, ты и шутник! А в цирке им плохо, да? Они же там почти ручные... И уход за ними хороший. Не слышала, чтобы из цирка кто-то убегал, – смеялась она.

– В том-то и дело. Привыкают и не знают другого.

Делают что-то по прихоти людей и думают, что это их жизнь.

– А ты не думаешь, что животные могут быть вполне счастливы? Их кормят, заботятся, а на воле они часто гибнут.

– Зато живут по-настоящему. Своей жизнью. Я думаю, что на свободе они более счастливы, чем их коллеги в цирке.

– Экий ты философ! А ты откуда можешь знать? – смеялась Ксюша. – В цирке они приносят пользу и реализовывают себя, если можно так выразиться. И вид у них вполне довольный.

– Ты считаешь, это реализовать себя? Копируя поведение другого существа, ни смысла, ни цели которого ты не понимаешь и никогда не поймешь? Они теряют свои инстинкты и приобретают взамен чужие, чтобы кто-то посмеялся.

.. Действительно, смешно, когда ты упорно пытаешься делать то, что тебе несвойственно от природы, и то, что никогда бы не стал делать, будь ты свободен. Жалкое зрелище! Это насилие не только над телом, но и над душой.

– Господи, они же животные! Ты думаешь, у них есть душа, как у человека? 

– Вполне возможно, этого нельзя исключить, – насупился я.

– Я и не думала, что у тебя так все сложно... А ты случайно не буддист? – заливалась она. – Хорошо, давай в цирк не пойдем, чтобы тебя не травмировать.

Я почувствовал себя как-то неуютно.

– Я не против зоопарка, – пошел я на компромисс.

– Идем в океанариум! Там почти естественная среда, гринписовец ты наш. У меня нет такой принципиальной позиции по отношению к животным, как у тебя, но я их тоже люблю.