Эльфийский талисман

Свесив ноги с тележного передка, держа в руках вожжи, Юра смотрел на покачивающуюся перед глазами лошадиную спину. Вчера вечером, уже после грозы девушки, как могли, обиходили лошадку, расчесав спутанную гриву и выбрав наиболее заметный мусор. Вот только побороть скапливавшуюся годами грязь оказалось невозможно – стоило провести по чистой, вроде бы, шерсти, как ладонь моментально оказывалась чёрной.

Стоять под дождём и ночевать бедняжке Фру-фру пришлось в упряжи – распрячь её было бы нетрудно, но москвичи сомневались, что сумеют запрячь её снова.

Нарвав сена, девушки сделали широкое корытце из полиэтиленовой плёнки, заклеив края скотчем и наполнив получившуюся посудину водой из ручья. За ночь лошадка немного отдохнула – но утром выяснилось, что ослабли два поперечных ремня.

Ремни оказалось несложно подтянуть – на обоих имелись потемневшие от времени натяжные пряжки. Но не прошло и десяти минут, как они снова ослабли. В чём тут дело, ребята так и не поняли, но стоило тронуться в путь, как выяснилось, что лошадка едва не вылезает из хомута, да ещё и прихрамывает на левую ногу.

–Понимаю зоозащитников, – прокомментировал ситуацию Володя. – Никогда бы не подумал, что идти в упряжке для бедного животного такая мука.

На команды «но» и «тпру», на натянутые вожжи Фру-фру совершенно не реагировала. Презрительно фыркая, она переступала с ноги на ногу, удивлённо оглядывалась, не понимая, чего хотят от неё эти непривычно одетые, странно пахнущие люди. Володя посмеивался, объясняя, что они оказались в положении бравого солдата Швейка, умевшего летать на аэроплане только вверх – «а вниз мы с господином обер-лейтнантом обязательно куда-нибудь падали».

Бить лошадь не позволила Надя. Неожиданную помощь оказала сама Фру-фру, оказавшаяся бесцеремонно наглой побирушкой – схрумкав оставшийся сахар, она то и дело тыкалась в полы одежды, выпрашивая лакомства.

По ходу выяснилось, что её нетрудно вести за собой, держа за вожжи у самого основания, возле морды и потемневших железных колец.

Роль вожатых по очереди выполняли Надя и Юра – Анечка честно призналась, что боится лошадиных зубов, а Володя с топориком в руке то и дело уходил в передовой дозор.

Сидевшая на сене Анечка поглядывала в телефон. Не далее, как утром она заявила, что не желает предстать перед местными жителями растрёпанной чумичкой. Юра выразил сомнение, Володя привычно посмеивался. «Если думаешь переспорить женщину с помощью фактов и логики – хана тебе, мужик».