Служба помощи 560

Прекраснейшая Вэйсилая великодушно освободила меня от оков бесцветной реальности, одарила жизнь мою истинными сочными красками, открыла глаза мои для настоящей красоты. Но нет красот в этом мире или в каком-либо мире ином, какими не обладала бы моя возлюбленная.

Я люблю ее печальные и веселые глаза, беззаботный смех и озабоченность неотложными делами, ее сказочные жесты и обездвиженную задумчивость, ее речь и молчание, ее совершенное тело и богатый внутренний мир. Я горжусь ее чистотой, преклоняюсь перед ее очарованием, восхищаюсь ее манерами и умом, верностью, требовательностью и всепрощением.

Я при встрече могу только воскликнуть: «О, прекраснейшая из живущих! Если в мире есть существо достойное хвалы великого неба и преклонения богов, то это, бесспорно, вы!», а после замолчать и не молвить более ни единого слова, так как не способны слова передать весь образ богини и не огрубить нежнейшее создание. И сказанное не будет лестью пошлой и лживой. То будет лишь комплимент, жалкий комплимент по сравнению с теми словами, которых действительно заслуживает Вэйсилая.

Я вечно спотыкаюсь при попытках показать образ ее неописуемой красоты. Что делать, – человек не придумал еще языка, которым можно было бы передать красоту любовного чувства или божественный свет возлюбленной. Я говорю: «Смотрите! Свет ее столь ярок, что лишает меня взора!», но люди не понимают. Они не могут увидеть богиню, жир и грязь их повседневного быта уже давно заслонили от них солнце. Но меня очистила любовь прекраснейшей из живущих и даровала божественный подарок истинного зрения.

Непосвященные, в невежественной справедливости, нарекут меня сумасшедшим. Да, чистота высшей любви и божественная Вэйсилая лишили меня полезной разумности. Я стал потерянным для жизни на земле. Но не лишился ума окончательно, а лишь поменял точку миросозерцания, ясно представляя ныне излишне четкий контраст между материальным и духовным. Мысли мои, порой сбивчивые (но не замутненные подобно образам умалишенных), принадлежат высокому искусству, возвышенным чувствам и служат на благо моей возлюбленной.

Что не означает, будто я забываю о естественных потребностях человека, о расчетливости окружающих или о правилах поведения в материальном мире. Вместе с большинством из нас я вынужден проводить земной век в грубом греховном теле, наделенном долькой достоинств и возом недостатков. К последнему я бы отнес все стремления земные, потребности, активность и суету.