Служба помощи 560

– Почти даром, позвольте, прошу... – затараторил незнакомец. – Уникальное предложение. Новый продукт моего ума, часть гениального мусора, собственное произведение... Не откажитесь спасти от голода мастера слова... Часть текста я готов зачитать прямо сейчас...

Иеншу вцепился в Удара с нескрываемым ужасом.

– Удар! На мой аппетит совершено покушение!

Удар оставил свои безнадежные поиски уцелевшей мысли, прервал бездумное созерцание салатницы и тоже развернулся. Его растерянный взор поймал двух охранников, выпроваживающих бродягу из заведения.

– Опять этот автор, – ворчали охранники. – Везде он пролезет. Еще и вслух зачитать хотел... Вот наглец...

Посетители не успели обрести озабоченный вид. Они вновь сосредоточились на еде и разговорах. Взрослые обсуждали работу, дети оживленно рассматривали Иеншу с Ударом. Лишь один столик оставался занят одиноким человеком. Человеку было не с кем поговорить, да он и не стремился к беседам. Он проигнорировал автора.

Его не интересовала парочка у холодильника. Это был влюбленный человек с искренней печалью в глазах и в редких жестах.

Он один сидел за своим столом, и стол его был почти пуст, если не считать одинокий стаканчик молочного коктейля. Воздух насытили ароматы свежеприготовленных продуктов. Но влюбленный человек не спешил делать заказ или самолично идти за едой.

Чувство влюбленного человека витало далеко от еды. Чувство его формировало беззвучные слова, а слова сбегались в запоздалый текст.

Тот текст, некогда написанный человеком, так и не достиг адресата, но был выучен автором наизусть и ныне занимал все его мысли.

«О, моя прекраснейшая Вэйсилая! Нет никого и ничего в этом мире, что бы не померкло в свете ее божественной красоты!

Я навеки принадлежу своей богине, воплощению любви на всех землях и во всех мирах. Я рад ее яркому взгляду и ее светлой улыбке. Глаза моей любимой – зеркало души совершенной чистоты и доброго нрава.

Локоны светлых волос – явление солнца на земле. Кожа белее снега, а прикосновение полно мягкой теплоты. Но присутствие рядом с любовью жизни моей подобно жару губительного огня. Увы, я обречен полыхать в пламени жестокой судьбы...

Ее поцелуй дарует крылья, отнимает ноги. Я вспыхиваю от бурлящего ада внутри и теряю связь с земным миром, со всеми земными вещами, какими мир всегда пытается привязать человека и без успеха пытался привязать меня.