"Театр в провинции"

- А вы могли бы?… - шепотом сказала она.

- Что? – с улыбкой откликнулся я.

- Ну, раз вы драматург, то, наверно, в каком-нибудь театре работаете. Вы не подумайте только, я не навязываюсь! Просто интересно знать: мою пьесу можно поставить на сцене?

- Можно, - со вздохом отозвался я. – Была бы сцена! Думаю, что спектакль получился бы интересным…

И тут я замолчал, озаренный неожиданной идеей.

- Слушай, Яна! Ты ничего не слышала о фестивале-конкурсе театральной самодеятельности «Глобус»?

Она покачала головой.

- Сейчас постараюсь все объяснить.

Я вскочил, неловко взмахнув рукой, и из кармана куртки выпорхнула та самая рекламная листовка с описанием условия фестиваля. Ума не приложу, когда умудрился ее туда засунуть? С некоторым облегчением я сунул листок под нос юному дарованию.

- Читай! Если верить одной девушке из далекого пятнадцатого века – это твой единственный шанс!

- И твой тоже! – прозвучал чей-то тихий голос у меня над ухом.

Я дернулся, но рядом, кроме Янки, никого не было.

- Ну, все! – обреченно подумал я. – Слышу Небесные Голоса, как моя недавняя гостья. Ее они привели к печальному, хоть и героическому финалу. А что ждет меня в конце то ли драмы, то ли фарса, в который превратилась моя жизнь? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Для начала надо разобраться, что делать с юной писательницей, а заодно и с ее творением. Хотя с пьесой все как раз ясно – набрать в Ворде, да и послать файлом на конкурс.

- А почему все от руки? Компьютера нет? – спросил я, стараясь отвлечься от своего сумасшествия.

Янка пожала плечами.

- Есть. Но «папаша» в нем шарится. Может все удалить. Я же учиться должна, а не ерунду писать.

- А на флэшку скинуть? Можно писать прямо на нее, а потом прятать – если так.

- Писать-то можно, но я – растяпа. Я уже три пьесы потеряла. В смысле, три флэшки. Хотя, может, мне помогли…

- Ладно, это все поправимо. У меня есть ноутбук. Можешь в нем текст набрать.

Девушка задумчиво поковыряла кроссовкой сухую траву. На ее лице ясно читалась борьба благоразумия с желанием согласиться на мое предложение.

- Не бойся! Я – не маньяк, а приличный человек. Хотя и бомж на данном этапе.

- Бомж? – удивилась она.

- Ну да. Бывший сценарист Народного театра. Бывший отец семейства. А ныне – простой грузчик в местной таверне «Белый Единорог».