Суженый

Войдя в комнату тут же поменял покрывало на черное (зачем тащить с собой личное покрывало?), быстро разложил одежду с изображением любимых групп и свалился на кровать играть на телефоне.

С Романовыми поселились Костя и Богдан Метельский. Последний, черноглазый брюнет, малость отпугивал. Потому что за весь день ни с кем не заговорил, многие думали, что он не может. Во время ужина, который очевидно готовил стеснительный домовик, подобревший после молока, разговаривали только девчонки и Захаров.

– Ваша очередь идти в баню, – сказала Ксюша, после десяти часов заглянув в комнату к брату.

Романов-младший тут же подмигнул ей. Признаться, пристрастия Дениса поразили девушку. Точнее, несколько ребяческий вид и поведение.

– Спасибо, – сказал Богдан, и все сразу ощутили колдовское воздействие его голоса. Глаза Дениса затуманились, он глупо улыбался и принялся обниматься с подушкой. Костя начал отвешивать комплименты сестре, хвалить Стаса и, вообще, нести чушь без разбора. Стас прикусил язык до боли.

– Что это? – спросила Ксюша, все еще находившаяся у дверей. В первый момент она почувствовала, как волоски на коже встали дыбом, затем ее обдало холодом, и все прекратилось.

– Наказание, – ответил Метельский. – Триста лет назад ведьма из нашего рода нарушила обещание. Это последствия. Вы скоро привыкните. Поразительно, что на тебя не подействовало, – сказал он Ксюше. Та лишь пожала плечами. Возможно, виной всему один необычный узор или старик из сна. Кто знает? Но делиться своими мыслями девушка не планировала.

– Ты поэтому молчал? – с трудом заставив себя прекратить, спросил Костя.

– В точку.

– Ладно, пойдемте купаться, – буркнул Денис, раздраженно откинув подушку, словно это она выставила его дураком при посторонних.

Стас шагал по дорожке вслед за ребятами и старался не пялиться по сторонам. Он знал, стоит повернуть голову, между деревьев начнется игра теней. Романов никогда не был ни в Шуваловском парке, ни в Питере, однако не сомневался, что это больше не парк.

Темный, непролазный, кишащий разными звуками лес вовсе не то место, видневшееся перед шлагбаумом.

Баня на Рубахе Наполеона, одном из двенадцати здешних озер, уже пыхала дымком из трубы. Небо было темным, ясным и лунным. Яркий лунный свет, в отличие от солнечного, легко проникал между деревьями, покрывая их серебром.

Банька парням понравилась. Конечно, это вам не в душе плескаться.

– Айда в воду! – крикнул Сидоров Иван, светловолосый и голубоглазый парнишка.