Морской закон, рыбья правда

— А я за него отдал два вырька[4]! Ну ничего, завтра разберусь с торговцем!

Но «разобраться» с торговцем не получилось, тот стоял на своем:

— Браслеты я делаю для всех одинаковые. И все они одинаковые, пока заготовки. Раз ты не смог его взять, значит, тебе вообще магом быть не суждено. Обычные люди не могут даже коснуться тилидия, если его нагреть.

— Как это я не владею магией! — подступил к нему брат. — Сам же говорил: люди, которые сильны духом и телом! Разве я не силен и тем и другим?

— По-разному бывает, — уклончиво сказал торговец, но далее объяснить отказался.

Зато перевел разговор: — Так если хочешь, я сведу тебя со знающим учителем для твоей сестры.

Да, стало быть, Зуре было больше тринадцати: ее уже не принимали за мальчика.

Брат был недоволен, но на учителя согласился.

— Смотри, Зура, — сказал он ей, — только мы двое тут настоящие люди. А значит, должны держаться друг за друга. Ты выучишься магии, я научусь, как быть помощником боевого мага — есть свои приемы и для этого.

И мы с тобой наконец-то заживем, как людям пристало! Больше не будем лить за золото свою кровь — только чужую.

_____

[4] Вырек — золотая монета. Называют так по мелкой пустынной птице, изображение которой гравируется на обороте. Официально валюта империи Рона, имеющая хождение и в приграничных гериатских княжествах, именуется «гелот».

Глава 4

После зала, освещенного огнем, они влетели или вплыли в куда более оживленную часть замка. Сопровождавший их косяк придворных «фрейлин» быстро разросся, появилось больше фиолетовых и синих тел.

Некоторые носили на головах пузыри воздуха — маги или стражи, татуировок в такой толчее не разглядеть. Зура знала, что и остальных недооценивать нельзя. 

А может быть, ей только казалось, что тел стало больше. Она привыкла полагаться на зрение, слух и обоняние, но тут, под водой, все три чувства оказались почти бесполезны. Не разобрать было, кто и куда летел, и света почти не было, только редко на стенах мерцали сполохи огня.

Они плыли по чему-то вроде галереи, в стенах и потолке которой через почти равные промежутки появлялись отверстия; иногда в этих отверстиях бледнели желтые пятна солнца. Значило ли это, что галерея петляла, поворачивая из стороны в сторону?

Два раза их процессия оказывалась в крохотных помещениях, куда нужно было вплывать через люк на потолке. Потом люк под ними закрывался и открывался другой люк, наверху.

— Шлюзы, — пояснил Лин.