В сказке, так в сказке

Потом слетал на речку умыться и подержать в холодной воде морду, остужая ноздри — как видно я их обжёг, долго пользуясь огнём. Как только жжение в ноздрях немного успокоилось, опять полетел на разведку. Уже издали мне стало ясно, что усул снова собирает войско. Когда же подлетел ближе, обратил внимание, что многие всадники слишком маленького роста даже для и так низкорослых гуров. Приглядевшись, понял, что большая часть воинов — это подростки и пожилые мужчины. Значит, Куок Усул решил ввести в бой последние резервы. Даже трудно было себе представить, как будут биться эти мальчишки с тяжело вооружёнными рыцарями.

Они, возможно, и победят, так как по моей прикидке расклад сил был один к десяти, но сколько мальчишек будет убито или покалечено. Долго не задумываясь, решил остановить это безумие и опустился на землю перед шеренгой воинов, рядом с их командующим, который объяснял им что-то на непонятном мне языке. По всей вероятности, наставлял их перед боем.       

— Тебе не жалко отправлять этих мальчиков на смерть? — спросил я его нарочито громким и строгим голосом, не давая опомниться после моего появления.

— Твои войска же почти уничтожены, так уводи остатки отсюда. Сохрани свой народ.       

— Гуры никогда не побегут от арусов! — гордо сказал Куок, как только справился с потрясением от вида стоящего рядом с ним дракона.       

— А ты, оказывается, ещё и дурак! Неужели тебе непонятно, что я разнесу всех твоих вояк за считанные мгновения? Только от тебя сейчас зависит, будут ли и дальше существовать гуры или нет.

      

— Мы гордый народ, и нас не победить! Вперёд, мои орлы, бейте драко… — он не успел договорить, я мотнул головой и скинул его с коня.       

Усул, по всей вероятности, получил довольно сильный удар, так как лежал и не шевелился. Но тут в мою сторону полетели сотни стрел, а потом и вся конница с криками и улюлюканьем двинулась на меня, бешено размахивая саблями. От стрел я прикрыл лапой глаза, низко опустив голову.

А дальше ничего не помню. Как видно, инстинкт дракона затмил ненадолго мой человеческий разум. Очнулся я только тогда, когда все эти молокососы вместе со своими лошадьми превратились в одну кровавую массу.

Глава 13

      Я стоял в центре кровавого месива, в которое превратилось всё войско гуров, и не верил, что это дело моих рук, то есть лап. Никак не мог поверить, что натворил такое, и ненавидел сам себя.