В поисках счастья

А если насчёт прошлого, то возвращение туда для меня абсолютно не привлекательно: там было крайне мало счастливых мгновений, поэтому-то я и решила начать всё с нуля… Да, Хронарий для меня вполне ординарный музей; я не нуждаюсь в этих «острых ощущениях души». Зачем мне заглядывать в будущее? Как бы там не оказалось хуже, чем в прошлом! Разве что рай…вот куда я хотела бы попасть! Там, наверное, цветут для праведников сады и круглый год светит солнце! Вы пойдёте со мной?

– Конечно же, Каная, – ответил Сюагань.

С тех пор Каная стала ждать заветного дня – 15 июня.

Но окажется для неё и тринадцатое число счастливым? Вручат ли ей золотую медаль? Сюагань советовал ей полностью довериться себе, но Каная по-прежнему сомневалась.

Наступил день открытия конкурса. Мероприятие проходило на огромном стадионе, рассчитанном на двести тысяч человек. Все билеты были проданы; на четырнадцать дней вся Фавмерра прильнёт к телеэкранам, чтобы посмотреть на этот конкурс – на своё национальное достояние. Каная и Сюагань пришли к семи часам вечера.

– Не понимаю, – сказал Сюагань, – почему они решили посвятить вечер Пифагору, который жил до нашей эры! Совсем недавно ушёл из жизни великий Гонг Ну; но всё же открытие – не траурная церемония. Он был солнцем, которое светило ярко всему миру…неужели теперь его нет?! Однажды мне посчастливилось видеть его и говорить с ним. Никогда этого не забуду.

– Он выступал со своими лекциями здесь?

– Нет, он не любил выступлений перед публикой и вообще был закрытым человеком; он жил со своей женой и двумя детьми в провинции, в тихом местечке, где он мог уединиться и задуматься над решением вопросов, которые были лишь ему по силам.

На конкурс он приехал в конце, наградить меня, победителя, и призёров. Я никогда не забуду его умиротворённый взгляд. Ему нельзя было дать семидесяти шести; хоть его волосы были давно седы, его зелёные глаза были чрезвычайно молодыми; они горели, словно ища чего-то нового. Он был новатором и не успокаивался, не найдя истины; иначе и быть не могло. Но тогда меня, мальчишку, это удивило. Он брал у меня интервью: расспрашивал меня о том, чем хочу заниматься, кому благодарен за эту победу… И смотрел мне в глаза так проникновенно, что я запомнил это на всю жизнь. Он близок мне по духу. Между нами есть какая-то связь. Чтобы понять это, хватило одной встречи. Он прожил долгую жизнь, но… он мог бы ещё столько сделать!

Тут Сюагань заморгал глазами; он хотел заплакать о Гонге Ну, как о родном, но сдержался.