Певчий дьявол

Но ростом он превосходил того же Вия головы на две, да и в плечах был не в пример шире, поэтому физическое противостояние просто исключалось, и это мальчишка понимал отчетливо.

— Чего тебе? — мрачно спросил он, без особого страха глядя в глаза заводиле.

Физической боли он не боялся хотя бы потому, что иногда ему приходилось возиться со старшим братом, обрабатывая полученные тем в процессе обучения раны. А смотреть, как страдает близкий человек, куда страшнее, чем получать увечья самому. Да и мать в детстве не особо скупилась на оплеухи, а однажды Вий попал в фигуру для призыва демона.

Как ему тогда удалось выжить, ведает один только Господь.

— Ты мне надоел, — лениво растягивая слова, произнес Жаба, с предвкушением глядя на свою почти беспомощную жертву. Мальчишка был худым и невысоким. Но глаза сверкали, как у загнанного волчонка. Но заводилу это не особенно пугало — если даже волку вышибить клыки, кусаться он все равно не сможет. — Ты постоянно лезешь не в свое дело.

Надо тебя проучить.

Вий только досадливо поморщился, отступая на шаг назад. Надеяться на чью-то помощь бесполезно — этот район пустынен, потому что дома находятся в аварийном состоянии, и всех жильцов уже давным-давно расселили, а эти здании приготовили под снос. Строительные работы еще не начинались, да и, наверное, не стартуют раньше следующего лета, поэтому территорию забором не обносили, а именно через этот пустырь Вию и было ближе добираться до дома.

Сегодня, кстати, отец сказал, что их навестит мать — и парнишка был не рад такому положению дел, — а она никогда не любила ждать, и именно это обстоятельство вынудило его срезать путь, имея за спиной хвост из компании Жабы.

Задира не стал ждать, пока его противник сообразит, куда удобнее драпать, и сгреб мальчишку за шиворот. Церемониться с ним он не стал и тут же ужарил кулаком под дых, потом в живот. Вий и впрямь его достал, раз за разом задевая самолюбие тем, что вставал на пути и между Жабой и его жертвами.

Человеколюбием особым он, конечно, не отличался, но постоянно наблюдать, как эти ублюдки измываются над и так забитыми девчонками, было выше его сил, и не так давно свидетелем разборки стал директор школы. Жабе сделали выговор, и его отец, всегда скорый на расправу, после того, как ему устроили головомойку по поводу поведения его сына, отходил своего отпрыска ремнем так, что тот еще неделю ел только стоя.