Певчий дьявол

Конечно, выше головы прыгнуть он не сможет и до брата ни в коем случае не дотянет, но ведь ему-то это знать совершенно не надо.

— Седьмое поколение, — уже громко произнесла она и шагнула за потухшие линии.

Вий стоял на месте, опустив руки, и настороженно смотрел на мать. Ведьма увидела, что у парнишки носом пошла кровь, достала платок и аккуратно промокнула, потрепав мальчишку по голове. А потом, словно бы поддавшись порыву, обняла его и осторожно погладила по спине.

— Больше так не делай, — попросила она, надеясь, что сын ее услышит и примет беспокойство за чистую монету.

Она боялась не за него, а за себя. Потому что со временем сила Вия будет только возрастать, и если он решить свести с ней счеты и припомнить все беды, которые им пришлось пережить по ее допущению, Анжелика этого просто не переживет. Ей не хватит дара и умений противостоять тем демонам, которых с легкостью вызвал младший сынишка. Она даже в самый расцвет силы не могла сотворить ничего подобного, а ведь была одной из кандидаток на получение метки Турнира.

Кажется, нынче весы сдвинулись совсем не в ее пользу, потому что сегодня она имела счастье лицезреть прирожденного варлока из седьмого поколения. И вряд ли кто-то из ее знакомых колдунов и ведьм хоть когда-нибудь сможет сравниться с этим бесенком по силе и умениям. Уж она-то об этом позаботится.

***

— А Див — какой он? — я подперла щеку кулаком, лежа на животе и болтая согнутыми в коленях ногами.

— Упрямый, — тихо произнес Вий, не отрывая остановившегося взгляда от потолка, на который падали блики от тусклого светильника.

— Амбициозный, жестокий… Был.

— Что? — удивленно переспросила я, и только потом осознала смысл сказанного.

— Его сила уступала моей, но мать не хотела об этом даже слышать, — горько сказал парень. — Ему бы малефиком стать… В проклятиях и их снятии ему не было бы равных, но он тоже считал, что такой колдун в семье потомственных варлоков — позор.

И однажды не справился. Вызвал слишком сильного для себя демона.

Он замолчал. Я не говорила ни слова, потому что понимала, что случайно разбередила старую рану. Мне сразу же вспомнился мой старший брат и то, что случилось со мной и родителями, когда мы узнали о его трагической гибели. Скорее всего, Вий винил себя в том, что случилось с Дивом, как и я себя долгое время. Не помогали ни психологи, ни уверения в том, что я ничего не могла сделать.