Певчий дьявол

Я захихикала, услышав точно такие же приглушенные смешки со стороны персонала и даже Эрнеста.

— Я сейчас встану и уйду, — пригрозил покрасневший ударник, и Кай зашипел что-то невнятное. — Если я начну нормально работать, весь ваш грим, — он постучал себя палочкой по голове, — потечет в три минуты! И что потом? Еще полчаса мучений, когда ваши экзекуторы будут пытаться привести меня в порядок?

— Эрнест, вразуми своих идиотов! — заорал в матюгальник выведенный из себя режиссер.

Наш грозный менеджер предупреждению внял и отправился разговаривать с парнями, которые его едва взглядами не сожгли.

— Что-то наш маэстро слишком нервный, — задумчиво произнесла я, имея в виду режиссера.

— Он один из лучших по части музыкальных видео, — ответил мне сидящий на раскладном стуле молодой невысокий парень. Ослепительно улыбнулся и протянул руку, представившись: — Тимофей. Можно просто Тима.

— Ели... то есть просто Лис, — скорее из вежливости проговорила я, осторожно ответив на рукопожатие и стараясь игнорировать заинтересованный взгляд со стороны моего нового знакомого.

Со стороны музыкантов донеслась забористая ругань, едва не вынудившая меня зажать уши и покраснеть от стыда за парней, как Домовой с силой ударил по крэшу, заставив присутствующих подпрыгнуть от неожиданности. Эрнест, бросив последний грозный взгляд на своих подопечных, отчалил в наш угол, и съемки продолжились, но уже с несколько иным настроем. Парни были раздражены и, судя по всему, здорово разозлены, но именно этого и добивался режиссер, с лица которого теперь не сходило выражение запредельного блаженства.

— Ты встречаешься с Вием? — внезапно небрежно спросил Тима, и я вздрогнула.

Изумленно посмотрела на парня, краем глаза заметив, как напрягся стоящий неподалеку Эрнест. Кажется, ему такое придется очень не по душе. Получать по шее от менеджера из-за нелепых — но таких, если уж честно, желанных, — предположений мне не хотелось, поэтому я поспешно замотала головой.

— Нет, ни в коем случае, — и только потом возмутилась: — А тебе-то что до этого? Не учили, что вопросы личного плана, да еще и потенциально вредоносные, в первые пять минут разговора с незнакомым человеком не задают?

— Извини, — покаялся он, но в его голосе я не услышала искреннего сожаления.