Обрученные луной

Фальшивая любовь, ложные клятвы…»

- Замолчите… - прошептала она и вцепилась в воротник замшевой рубашки, словно тот сдавил шею. – Не смейте…

- Я не знал! – крикнул Хольм, делая шаг ей навстречу, и Лестана снова напряглась. – Я никогда не позволил бы ему! Клянусь! Я клянусь Луной, что люблю вас! 

- Так вот почему он об этом не думал, - тускло сказала Лестана, едва понимая, что проговаривает свои мысли вслух. – О том, что будет после… После побега, после нарушенного договора… Он… Ему просто не нужно было об этом думать.

Она все-таки всхлипнула. И увидела, как исказилось лицо Хольма, как Волк потянулся к ней, не сходя с места, поднял руку… Что он там сказал, что любит ее? Ложь! Еще одна ложь! Любви не бывает! Есть только предательство ради выгоды! Брангард предал ее! Отдал своему брату! Уступил, как пойманную беспомощную добычу! Как игрушку! 

- Я уеду с вами, если пожелаете, - торопливо проговорил Хольм, следя за ней блестящими алчными глазами.

Его голос тоже сорвался, но Лестана уже не боялась. Страх исчез, его смыла волна злости, поднявшаяся в ней. Они все решили! За нее! Сами решили, кто придет сюда, чтобы дать ей клятву! А клятвы, данные в ночь полнолуния в Лунном храме разорвать нельзя! И дело вовсе не в том, что Сигрун не отпустит сына. Это Волки не отпустят Хольма! Потому что хотят вождем его, а не Брангарда! Непонятно, зачем это Хольму, но даже если он и правда любит ее.

«Любви не бывает! – крикнула боль внутри нее. – Теперь ты сама это поняла! Просто Хольм решил стать консортом у Рысей, чтобы оставить место вождя брату. Сигрун все равно погубила бы его… А так оба брата при власти! И ты, дура, решила, что нужна кому-то сама по себе?!»

- Никогда! – крикнула она. – Никогда! Ни за что! Ненавижу вас обоих! Клянусь Луной!

И, увернувшись от неловкого движения Хольма, выскочила мимо него в открытую дверь храма.

Остатки рассудка кричали, что ее быстро поймают. Что она, дура наивная, доверилась врагам! Что теперь за ней в погоню кинутся трое Волков. Матерых опытных охотников, знающих здесь каждый камешек и ветку!

А страх гнал дальше, не разбирая дороги. И лишь когда Лестана едва не упала, потому что нога провалилась в рытвину, она поняла, что ошиблась.