Открытка с дождем

Человек стоит, опираясь на черную деревянную трость, на другом берегу реки, и голос его доносится едва слышно, но каждое слово я различаю так отчетливо, будто их произносили на ухо.

- Я не боюсь тебя, юная богиня. Твоя любовь уже в пути!

Капли воды оседают на ресницах. Остается только покачать головой. И все же, странное дело, но я вдруг ощущаю, что все происходящее со мной до этой минуты не имело никакого значения.

Глава 7. Апрель. Черное и голубое

Роман был профессиональным игроком в дартс. Когда-то раньше.

Во всяком случае, другие ребята в отделе говорят об этом со знанием дела. Я же не понимаю в этом ничего. Ну, то есть, конечно же, я знаю, что смысл в том, чтобы дротик попал в круг, но вот в чем фишка попадания в конкретное место, в чем смысл этих разных цветов и полосок - мне не ведомо.

Милек пару раз предлагал помочь разобраться во всех нюансах этого старинного развлечения, ведь, по его мнению, эта игра отличное времяпровождение для мужчины, особенно на такой работе как у нас.

- Ну же, Михал, рассказывай. Как день прошел? Много красоток сфоткал? Покажешь?

Дротик воткнулся прямо в “бычий глаз”. Это название я запомнил, в отличие от многочисленных вариантов игр с бесчисленными комбинациями цифр. Следующий дротик замер посреди тонкой зеленой полосы под цифрой один.

Ходили слухи, что “безопасник” раньше служил в ГРОМе и даже участвовал в выполнении особых миссий в Афганистане и Ираке. В это вполне можно было поверить, тем более что кашуб любил демонстрировать свою крепкую фигуру с горой мышц и одевался соответствующим образом.

В его руках дротик казался швейной иголкой, по недоразумению оказавшейся в руках титана.

Внутри “фирмы” Милек любил подчеркивать свое поморское происхождение еле уловимым акцентом, характерным для жителя Картуз. Образ уроженца самого холодного места на всем побережье дополняли многочисленные тату, набитые в самых интересных местах. Чего там только не было , узоры и символы плавно перетекали друг в друга, и объяснить смысл всех этих разноцветных образов мог только хозяин.

Но он молчал.

Вот и сейчас, черная майка оставляла открытым раскинувшийся во всей своей красе знак рогатого бога. Ему можно. Роман сказал так при самой первой встрече, и его глаза словно смотрели внутрь меня, изучая реакцию. Он всегда оценивал все, что происходит вокруг и даже то, чего, кажется, не видел и не слышал сам, но узнавал по малейшим интонациям в сказанном тобою утреннем приветствии.