Открытка с дождем

Глаза начинают слезиться, и я снимаю дурацкие очки. Только на мгновение, но от поисков салфетки отвлекает голос моей дорогой берегини.

- Что ты будешь с ним делать?

Непривычные нотки в голосе Марлены сбивают и заставляют отвлечься от преследования. Такого не было никогда. Никогда моя напарница, моя страховка на случай неизвестных обстоятельств не задавала мне никаких вопросов. Мы могли говорить о чем угодно. Казалось, у этой женщины нет совершенно никаких тайн, хотя я понимала, что это совсем не так, что за небрежным образом, за ее спортивным стилем, за всем наносным позитивом, скрывается нечто, что было пока недоступно моему пониманию.

Ее личность пряталась в глубине каньона, там в самом низу, где царит вечный сумрак, темный непроницаемый туман. В этой пелене могло скрываться что угодно, что-то настоящее, которое никогда не поднимается на поверхность на яркий солнечный свет. И все-таки, иногда какие-то внутренние толчки, давление, невидимое обычному человеку, выталкивает эту дымку на поверхность. И что же, внезапно человек, с которым вы спокойно жили рядом так долго, что привыкли к его ежедневному облику, вдруг предстает совершенно в другом образе.

Ее голос, ее тон принадлежат другой женщине. Я ее не знаю, и может быть не смогу узнать никогда. Слова заставляют отодвинуться на край сиденья, но я не могу, просто не имею права сейчас пытаться подобрать слова, которые смогут как-нибудь объяснить происходящее.

Пытаюсь снова поймать силуэт мужчины внутри черного автомобиля. Его машина уже успела опередить нас на два или три корпуса. Но странным образом я сейчас ощущаю свою цель сильнее.

- Наверняка ты будешь стараться совершить какую-нибудь глупость. Изменить его, как других. Но это невозможно.

Дрожь почти проходит, и я чувствую, что если захочу, смогу коснуться его рукой. В нем, в этом человеке было нечто знакомое, такое, что я уже чувствовала совсем недавно.

А может быть давно. Или мне казалось, что я ощущаю такое.

Голос моей подруги вновь разрушает почти выстроенную цепочку воспоминаний.

- Ты не можешь знать, ты не понимаешь.

Если бы смогла, я бы зажала уши. Марлена почти на грани истерики, и произносимые слова резали слух, а я смотрю только на него. Мерцание жжет глаза, и я чувствую, как выступившие слезы заставляют моргать все чаще и чаще.

- Ты не понимаешь, как это, ждать своей очереди.