Открытка с дождем

Серебряное лицо устремляет слепой взгляд куда-то сквозь меня, в неизвестность.

- Встреча была неслучайной, Вероника. Ты же понимаешь.

Да, понимаю. И вспоминаю, я вся состою из воспоминаний. Джеральд такое же хорошее имя как и то, другое. Прежнее.

Мне кажется, я еще не готова. Осторожно делаю шаг назад и отступаю обратно к окну. Солнечный луч совсем рядом, и хочется вновь окунуться в его теплоту. Не могу отделаться от чувства, что я когда-то уже видела этого человека. И теперь этот голос. Почему на ты?

Я чувствую, что господин Джеральд смотрит мне в спину, и понимаю, что должна обернуться, но не хочу этого делать.

Не знаю, почему так грустно. Внизу, за стеклом Марлена курит, опершись бедром на дверцу кабриолета. Солнце наверняка так нагрело кожу сидений, что к ним невозможно прикоснуться. Все неслучайно, каждый мой шаг. Каждый вздох, каждое движение, каждая улыбка - все неслучайно.

Четыреста лет это раз плюнуть, конечно. Другое дело четыре тысячи. А впрочем, и четыре тысячи ерунда, можно же жить вечно.

Рената наконец делает шаг, покидает свой пост. А я царапаю оконное стекло. Звук такой противный, но все лучше, чем тишина. Моя драгоценная шефуня волнуется так смешно и нелепо. Волнуется, но определенно попытается успокоить меня.

Порыв ветра с ароматом моря. Михал, и зелень травы в сквере Гранд Отеля. Как же хочется раз за разом вдыхать эти воспоминания.

Я не оборачиваюсь и произношу еле слышно.

- Почему богиня? Не понимаю.

У польки сильные руки, и дрожь в ее ладонях совершенно незаметна, но тень мерцает и трепещет под моим взглядом.

Голос из самого центра звезды. В нем есть все, мягкость и сила, власть и капелька вины. Капелька различимая только мною.

- Богиня - гордое слово. Или ты хотела бы называться повелительницей теней?

Пытаюсь понять, нравится ли мне слово «повелительница». Могу ли я сама когда-нибудь назвать себя так? И нужно ли мне это?

На вкус оно напоминает сбежавший кофе, горечь без аромата.

- Энке, ваш знакомый всегда отвечает на вопросы, обращенные другим людям?

Наконец Рената словно просыпается, и я чувствую холод ее ладоней на запястьях. Голос слегка дрожит, но это не от волнения. И не от страха. В такое я просто не поверю никогда.

- Не надо.

Конечно не надо. Не надо было затевать все это.

- Ника, мы нуждались в твоей помощи.

Бинго! Как обычно в самую точку, я всегда охотно помогаю каждому, кто расскажет мне очередную небылицу.