Открытка с дождем

С вами все хорошо?

Я смотрю прямо в глаза этому мужчине. На такой вопрос ответить очень трудно. Может быть, со мной совсем не хорошо. Даже не так, со мной все было нехорошо с самого начала. Но это не твое дело, следователь Виталий. Отвожу взгляд первой.

- Да, нормально.

Некоторое время он продолжает, молча, рассматривать меня в упор, и я чувствую, как внутри нарастает отвратительное чувство вины. Сама не знаю, что должно произойти, но не хочу, чтобы это произошло. Мужчина наливает воды и протягивает мне, а я как дура не понимаю, продолжаю смотреть в его глаза, и теперь уже следователь не выдерживает:

- Подпишите здесь.

Вот как просто. Впрочем, разве может быть по-другому? Главное сейчас не заплакать прямо здесь и не испортить все. Поспешно хватаю стакан и делаю глоток. Большой глоток теплой и удивительно невкусной воды. Мне становится лучше.

- Я свободна?

Он забирает подписанный протокол и прячет его куда-то в приоткрывшиеся на мгновение темные глубины канцелярского стола. Потом смотрит в мою сторону, уже совершенно равнодушно.

- Пока свободны. Экспертиза установила, что господин Завадский умер от разрыва сердца. О землю ударилось уже мертвое тело.

Глава 3. Апрель. Кофейного цвета

Рената, судя по всему, сейчас уже дойдет до кипения в своем стеклянном аквариуме. И совершенно зря. Пускай она и попросила приехать сегодня к концу рабочего дня, но формально я по-прежнему в отпуске. И более того, завтра уезжаю в давно обещанную мне Венскую клинику. Заработала.

Стараясь оттянуть неприятное начало разговора, еще раз выглядываю из-за угла и вижу, что начальница уже больше не вышагивает по кабинету, а, усевшись в свое суперкресло, отвернулась к окошку, начав очередную бесконечную телефонную беседу.

Моя начальница классная баба. И пускай она, как говорится, фрукт не первой молодости, но остается в свои годы настолько стильной и подтянутой, что мужики, редко попадающие на наш этаж, сразу приобретают вид котов у дверей мясного магазина. Войти хочется, а боязно.

А мне с ней легко.

И на работе, и когда отлучаюсь из офиса. А отлучаюсь я, бывает, на несколько дней. Другие морщатся по делу и без дела, хотя тоже, иногда, занимаются не своими прямыми обязанностями. Ну, уж так судьба распорядилась. Я это так называю, потому что так проще.

Во всяком случае, никогда не спрашиваю, чем они там занимаются, вне офиса, пускай их тень иногда и становится длиннее. И гаже. Вам кажется странным такое слово? Но оно подходит как ни одно другое.