Коллекционер слёз

Да что ж ты творишь, так можно и инфаркт заработать! Ах, да, у меня же нет сердца, о каком инфаркте идет речь?

— Что? — выдох.

— Я не знаю, каким образом ты получила эти эмоции, — черт, дышать не могу от этого взгляда. — Чувства и способность мыслить, — дай вдохнуть! — Но я не хочу от тебя избавляться.

Вдох.

— Поэтому нам придется прогуляться.

Он встает и тянет меня за собой. Куда на этот раз прикажешь? Странно, кстати, что в коридоре уже не осталось этой вони. Неужели у него есть горничные? Хотя, учитывая его способность, таких тут может быть с избытком.

— Смотри, — он внезапно останавливается, резко дергая меня и разворачивая к зеркалу. — Ты спросила, почему ты неидеальна? Тогда слушай.

Ох, я внимаю, учитель.

— Я всегда создавал своих кукол идеальными. Но они никогда не имели чувств и поэтому быстро надоедали. А некоторые изнашивались, ломались. В общем, всех их я по итогу разбирал на запчасти. Так вот, вчера я напился. И по пьяни собрал тебя такой, какая ты есть. У тебя разные глаза, один из которых, судя по всему, не должен видеть, я прав?

Киваю.

Я дрожу? Только не это. Действительно неприятно слушать то, что ты просто досадная ошибка. Такой себе ребенок по залету. Хотя, слышать о процессе своего создания тоже как-то не фонтан. Ощущений, конечно.

— Голос не такой звенящий, как у предшественниц. Нет одного уха, и на ногах не хватает пальцев, насколько я успел заметить. Понимаешь? Ты неидеальна.

Внимательный какой, паршивец. Я и сама не заметила отсутствия необходимых частей тела. Только сейчас спохватилась.

Ну, поздно, Рита, пить боржоми.

— И я мог бы тебя изменить, сделать такой же красивой, как и все остальные куклы. Но я боюсь, что тогда ты потеряешь свою способность чувствовать, понимаешь?

— Перестань это спрашивать, — закусываю губу, — все я понимаю.

— Но, думаю, если заменить твой слепой глаз, ничего страшного не случится. Идем, придется заскочить в одно место.

— Посреди ночи?! — я, конечно, послушно иду за ним, но мне не сильно хочется выбираться из дому.

— А ты боишься темноты?

— Да!

Он останавливается.

— Ты боишься не темноты, а тех, кто живет в ней, верно?

Пожалуйста, не надо.

— Видела какие-то кошмары в своих воспоминаниях?

Остановись.

— Хватит, — моя просьба настолько тихая, что он, видимо, сжалившись, решает оставить мою бедную психику в покое. — На улице безопасно?

— Не хочу лгать.

— Значит, нет, — вздох.

— Если увидишь что-то страшное, то можешь просто сказать мне, — он протягивает мне черный плащ с капюшоном.