Коллекционер слёз

— Нет! Не смей! — мой визг, кажется, не то, чтобы выбил его из колеи, но точно должен был оглушить.

— Что?! — он, один только раз яростно тряхнув рукой, попытался меня сбросить, словно назойливую букашку. — С каких пор ты в этом доме командуешь?

Я и забыла, что он умеет призывать нити и второй рукой. И эти самые нити тут же мертвой удавкой сжались у меня на ребрах. А потому уже через секунду я повстречалась спиной с не особо мягким паркетом. Благо, хоть о столик не приложилась. А ведь буквально в нескольких сантиметрах от него упала.

— Н-не трогай кота, это из-за меня он пришел, — тихо пробормотала.

Даже не уверена, что он услышал. Только боковым зрением заметить успела, как кот куда-то в сторону метнулся, скрываясь в комнате Кукловода. Вот и отлично. Беги, дурак, пожалуйста. Он ведь…

Я широко распахнула глаза, только представив, что Кукловод действительно мог убить моего кота. 

— И с каких пор я разрешил таскать зверей в этот дом? — властно раздалось откуда-то сверху. Я даже голову поднимать не стала, и без того понятно было, что он сейчас взглядом меня буквально в пол втопчет и катком раскатает.

— Я никого не таскала, — вышло слишком сдавленно. Нельзя так. Он даже не поверит, на что я вообще надеюсь!

— Да мне наплевать, — прошипел буквально.

Вздернул, к стене пригвоздив, чтобы я по росту ему подходила. Чтобы прямо в глаза смотрела. После этого шипения я мысленно дорисовала ему раздвоенный язык, и от этого даже немного полегчало.

— Я здесь хозяин. И ты не имеешь права мне перечить.

Он встряхивает меня, словно котенка. В прорезях маски плещется настоящая злоба. Даже не обычная тупая ярость. Мне становится страшно. А он может меня убить?..

— Отпусти, п-пожалуйста, — голос с опозданием, но все-таки предательски дрогнул. Выдал меня.

— Побежишь ловить своего котика?! Давай!

Нити. Они внезапно пропали, позволяя мне упасть прямо ему под ноги. Просто завалиться, словно груда пластмассы. Коей я себя сейчас и чувствовала. Он своим взглядом, властным голосом, этими руками, на секунду скользнувшими по моей шее, словно всю душу из меня вытряс.

— Тебе ведь даже кот дороже… — он осекся, — этого места! Давай же, беги от меня!

Я не смела ему перечить. А потому, не помня себя от страха и распиравшего желания разрыдаться, даже не имея на то банальной возможности, подскочила, со всех ног рванувшись к выходу. Чуть ли не кубарем скатилась по ступеням вниз, дернула на себя ручку двери, которая по счастливой случайности поддалась.