Коллекционер слёз

Но, чтобы не выдавать своей догадливости, пришлось продолжить читать, делая вид, что я совершенно не напрягаюсь в его присутствии. Хотя на деле внутри все натягивается, обращаясь в одну тонкую струну.

— О чем читаешь на этот раз?

Раздался стук его каблуков по паркету. А уже через миг Кукловод остановился в нескольких сантиметрах от меня, склоняя голову набок и пристально вглядываясь в мое лицо. Я, наконец, соизволила поднять голову.

— О бесстрашных рыцарях? — он взмахнул полами своего плаща. — Смелых и дерзких пиратах, размахивающих саблями с криками: «На абордаж»? — Кукловод сделал шаг назад, делая такое движение рукой, словно бы он тоже держал в ней саблю.

— Милых феечках, порхающих меж цветов и собирающих росу с паутин в предрассветном тумане? — он прищурился, глядя на меня.

Не впервые мне приходилось видеть Кукловода таким расслабленным, радостным и искренне счастливым. Я заметила, что чаще всего в столь приподнятом настроении он пребывал недолгий промежуток времени после того, как возвращался с работы.

И подобное его настроение было столь заразительным, что даже я невольно улыбнулась.

— Читаю о мастере, который сделал игрушку себе на потеху. Но он так хотел иметь детей, что его игрушка обратилась в живого мальчика, — я закрыла книгу, не забыв предварительно оставить меж страниц аккуратную закладку.

Он любил так спрашивать меня о книгах. И с неподдельным интересом выслушивал все, что я ему рассказывала. Поэтому в такие моменты легкого единения с Кукловодом я старалась быть максимально искренней.

Почему-то мне казалось, что мои ответы действительно что-то для него означали.

— И что думаешь по поводу прочитанного? — он присел напротив меня, бросив попутно короткий взгляд на окно.

— У тебя в доме нигде нет игрушек. Я не видела ни одной, — пожимаю плечами, глядя на его лицо. — О! А еще я недавно прочла, что некоторые люди спят с игрушками. Зачем это надо?

Кукловод задумался, поджав губы. Смотрел на меня с нескрываемым любопытством. Словно бы он задавал вопросы, а не я.

Но я уже уяснила, что мне стоит молчать в такие моменты, когда он раздумывает над ответом. Собственно, увеличиваются шансы этот самый ответ получить.

— Возможно, люди не хотят чувствовать себя столь одинокими. Знаешь же, когда у тебя большая кровать… она ведь вроде бы рассчитана на двоих людей, — он коротко кивнул на мое спальное место. — Но все время в ней один да один. Это выматывает. Поэтому спят с игрушками. Чтобы кто-то занимал вторую половину кровати.