Коллекционер слёз

Неужели он действительно собирался говорить со мной о чем-то подобном? Постаралась все свое внимание сконцентрировать на разложенных по столу вещах. Белая субстанция, напоминавшая вату, моток какой-то ткани, нитки и игольница, небольшой наперсток… что он собирался делать?

— Ты когда-нибудь смотрела на облака? — он обернулся ко мне, пристальным взглядом заставляя все мое существо напрячься. — Успокойся. Если и укушу, то не сегодня.

— Не вглядывалась.

— Люди часто считают их прекрасными. Художники пишут их на полотнах, поэты и барды воспевают в своих текстах.

Не суть! — он вздохнул. — Облака — несовершенные. Словно кляксы чернил или молока. Разбрызганная по небу краска. Так и ты.

— Что?.. — не понимаю, о чем он.

— Вся красота должна быть несовершенна. Искренняя, невинная, она так прекрасна в своей не идеальности. Ведь идеальному свойственно приедаться людям, надоедать. А воистину прекрасное — вечно. И все еще несовершенно!

Он замер, тяжело выдыхая после этой дивной тирады. Мне показалось, что я ощутила, как гулко билось сердце о грудную клетку, норовя с каждым ударом только с новой силой врезаться в ребра, разбрызгивая внутри меня кровь вперемешку с теми самыми осколками боли, которые подло впивались в самые чувствительные точки тела, заставляя мысленно уже корчиться на полу в страшных муках.

— Поэтому ты не стал меня исправлять? — голос слегка дрожал.

— Да, — ровно отозвался Кукловод. — Знаешь, я займусь тут кое-чем, несколько часов меня лучше не тревожить.

Советую тебе выйти на улицу и насладиться последними лучами осеннего солнца. Но с наступлением сумерек тут же возвращайся домой. Хорошо?

Это определенно было одной из лучших его идей за все наше время сожительства. Хоть я и побаивалась все это время выходить на улицу в одиночестве, теперь внутри крепло какое-то теплое железобетонное спокойствие. То ли от слов Кукловода, то ли еще от чего-то…

— Хорошо, — я с улыбкой кивнула, — посмотрю на облака.

***

Мне пришлось заглянуть в комнату с гардеробом, из которого Кукловод подбирал одежду для меня и всех своих предыдущих марионеток.

Все-таки с моей последней вылазки на улицу там значительно похолодало, а потому мне пришлось извлечь из огромного гардероба черное кашемировое пальто, которое, на мой скромный вкус, кажется, идеально подходило к моей одежде. И вот, спустя несколько минут мучений с моими не самыми ловкими пальцами и вереницей небольших пуговиц, я уже сидела на краю фонтана.