Связанные одной смертью

Это смягчит последствия перехода, — отозвался маг.

К губам приложили горлышко какого-то стеклянного сосуда, а в следующий миг горькая тошнотворная жидкость обожгла горло. Вторую порцию я инстинктивно попыталась выплюнуть, но мужская ладонь ловко зажала мне рот, не позволив избавиться от лекарства.

— Глотай! — безапелляционно заявил наемник.

Выбора не осталось. Пришлось пересилить себя и проглотить микстуру. Пока я вздрагивала от неприятных ощущений, меня сжимали в стальных объятьях. Когда послевкусие зелья пропало, а мышцы начали постепенно расслабляться, до меня окончательно дошло: нас с Суртэном разделили!

Вспышка радости моментально сменилась очередной волной головной боли.

И я вновь ухватилась за неприятные ощущения, не давая себе провалиться в темноту. Страх снова потерять сознание и оказаться в одном теле с наемником заставлял крепче держаться за реальность, какой бы та ни была.

Я глухо застонала и получила очередную порцию зелья. Сур безжалостно поил меня неприятной жидкостью, а я не могла и малейшего сопротивления оказать.

В какой-то момент ощущение горечи лекарства начала притупляться. С каждым новым глотком становилось все труднее сосредотачиваться на происходящем. Ибо вместе с вкусом пропадала и боль, которая позволяла находиться в сознании.

В какой момент я отключилась, уловить не смогла.

Глава 2

Яркий свет настойчиво пробивался сквозь закрытые веки, заставляя очнуться ото сна. Но открывать глаза и подрываться с мягкой кровати я не торопилась. Мое состояние можно было описать одной фразой: "словно танком переехали".

 

Памятуя о вчерашних приключениях, я предпочла сначала осторожно пошевелить руками и пощупать забинтованную голову. С особой осторожностью исследовала затылок. Тот на прикосновения отреагировал терпимой тупой болью. Видимо рана уже затянулась, оставив после себя лишь синяк. При этом как напоминание о серьезном сотрясении вдобавок осталось головокружение.

Я недовольно поморщилась и, прежде чем открыть веки, мысленно взмолилась: "Господи, пусть все приключившееся со мной окажется плодом больного сознания.

Хочу увидеть обычную больничную палату!" 

Первое время пространство перед глазами расплывалось, но стоило хорошенько проморгаться, и мир приобрел четкость. Правда, вместе с этим пришло разочарование. Бог к моим стенаниям остался глух.

Небольшую комнату заливал свет, струившийся через тонкую тюль, отчего выцветшая синяя краска, покрывавшая стены, казалась бледно-голубой.