Факультет закрытых знаний

Жаль только, что в борьбе за власть участвовали лишь наследники мужского пола. И раз своих детей Эддар посадить на престол не может, значит...

— Декан! — в порыве осенившей меня догадки, я схватила Маккалича за руку. — Королевское приглашение на день рождения принца Глошада — это оценка боеспособности младшего наследника в качестве будущего правителя. Ведь так?

Мужчина кивнул, а я сильнее сжала его грубую от мозолей ладонь и придвинулась еще ближе.

— Король не сможет остаться равнодушным, — торопливо зашептала я. — Ну правда, он столько лет поднимал королевство не для того, чтобы пришел какой-то неопытный юнец, и все полетело каннису под хвост! Эддар тоже будет выбирать, кого из кандидатов поддерживать и продвигать оставшиеся два года.

И если у Джерома получится стать протеже самого короля, то... У остальных просто не останется ни единого шанса!

Дерен молча кивнул, осторожно сжал мою руку и неожиданно очень тепло улыбнулся, явно довольный сообразительностью пардочки. Правда, уже через секунду его брови сошлись на переносице, а взгляд стал строже.

— Вейрис! Мне кажется, или вы строите глазки?

— Строю глазки? — оскорбилась я. — Очнитесь, декан! Я уже минут десять отчаянно кокетничаю, а вам хоть бы хны.

Маккалич замер, оторопело уставился на меня, и в глубине его глаз на пару секунд мелькнул ужас. Еще бы ему не напрячься. Все-таки он старше, к тому же декан факультета. А тут — я… Вся такая перевозбужденная и неуравновешенная пардочка, у которой, между прочим, и когти, и зубы в полном боевом наличии.

А у Маккалича даже захудалого ножичка в сапоге не завалялось. Тоже мне, первый меч королевства!

— Ноэми, — начал он, — как бы это сказать...

Кашлянул, затем сообразил, что продолжает неосознанно удерживать мою ладонь. Ладонь осторожно переложили на мягкий бархат диванчика.

— Вы не первая девушка, реагирующая на меня подобным образом, но должен сразу расставить все точки... 

Стало смешно. Причем настолько, что я не выдержала и перебила:

— Выдохните и расслабьтесь, декан.

Дело не в вашей суперпривлекательности, разбивающей женскиесердца. 

Кое-кто не поверил. Иначе почему с таким подозрением посмотрел на мою довольную разыгранным спектаклем моську?

— Не во мне?

— Ага, — кивнула я и вновь дернула лиф платья, чтобы выглядеть наедине с мужчиной хоть чуток приличнее. — Во всем виноваты мыши. Они зачем-то подмешали к валерьянке мяту, а у меня на нее необъяснимое томление духа и желание нравится всем мужчинам разом.