Под колпаком у ректора

 

— А это вообще возможно? — спросил Даррен с такой ехидцей, что это стало последней каплей в чаше моего терпения.

— Знаете что? — воскликнула я, вскочив с места. — Достали уже! Вообще-то, это вы виноваты в наших бедах! Вы, а не я! Нечего меня было пугать на кладбище! Друзья, называется!

После чего гордо фыркнула и выскочила прочь из уютного заведения Магды. 

Не знаю, на что я рассчитывала. Надеялась, наверное, что кто-нибудь за мной последует. Хотя бы София. Как-никак она моя подруга. Но никто не поторопился успокоить меня.

Я пару минут простояла на улице. Затем, убедившись, что друзья и не собираются идти за мной, грустно вздохнула. Ну и ладно. Ну и пусть. Прогуляюсь немного. Остыну, успокоюсь. И подумаю, что мне дальше делать.

Заложив руки в карманы штанов, я неторопливо отправилась, куда глаза глядят. Правда, глядели они сейчас исключительно под ноги. Я мрачно брела, не поднимая головы и не обращая ни на что внимания.

Так, неспешно, я дошла до городского парка, в котором накануне опозорилась.

Дошла до ближайшей скамейки и уселась, погруженная в невеселые мысли.

Был воскресный полдень. Царила солнечная пригожая погода, и по дорожкам, посыпанным скрипучим гравием, прогуливалось множество народа. Но никому не было дела до какой-то там встрепанной девицы, которая из последних сил сдерживала слезы.

И почему я такая невезучая? Я ведь хочу быть примерной студенткой, очень хочу! Почему мой дар не может быть таким, как у всех остальных? Разве так обязательно пугать меня, чтобы я сумела создать какое-нибудь заклинание? Пусть даже и самое выдающееся.

Если честно, мне эта магия высшего порядка и даром не нужна. Меня бы вполне устроили обычные способности целительницы средней руки. 

— Гадание, гадание! — неожиданно раздался неподалеку веселый голос зазывалы. — Не стесняйтесь, господа и госпожи! Заходите в шатер великой предсказательницы Рошалии! Она расскажет все про ваше прошлое. Обрисует настоящее. Ответит на любые ваши вопросы о будущем.

Я невольно повернула голову на крики и увидела паренька лет пятнадцати в цветастой одежде, который крутился между прохожими неподалеку.

Вылитый торкаец — смуглый, черноволосый, с множеством блестящих позвякивающих браслетов на руках и даже щиколотках.

Увидев, что я на него смотрю, паренек воссиял белозубой улыбкой и кинулся ко мне. Я мысленно выругалась. Ну вот, теперь от него не отвяжешься. 

— Красавица, что загрустила? — Паренек бухнулся на лавочку рядом и вальяжно откинулся на спинку.