Удача лишней не бывает

Самой себе в этом стыдно признаться, но захотелось немного пококетничать, чтобы еще раз увидеть восторженный блек светло-карих глаз.

– Агнесс, вам очень идет это все, – проговорил барон, нервно комкая полотенце в руках, не зная, куда его деть.

– Спасибо. А вы уверены, что мне все идет? Вы ведь не все на мне смогли оценить, – заулыбалась я, видя его неловкость. Не одной же мне страдать, пусть тоже помучается. – Кстати, розовый – это ваш любимый цвет? Знаете, для меня розовые чулки стали практически откровением. 

Лицо Гилберта стало пунцовым, не знаю только – от смущения или ярости.

Глаза его сверкали, тряпка была отброшена в сторону. Он приближался ко мне с решимостью, которая могла означать только одно, сейчас меня будут или убивать, или раздевать. 

– Агна, – вкрадчиво произнес он, нависая надо мной. – Тебе разве не говорили, что на некоторые темы с мужчинами лучше не шутить? 

Он стоял так близко, что я ощущала тепло его тела. Откуда-то пришло желание дотронуться до кубиков пресса, провести пальцами по груди барона.

Черт, месяцы воздержаний дают о себе знать! А я думала, меня мужчины еще долго интересовать не будут после Влада. Сделала шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами и уперлась спиной в дверь. Гилберт шагнул ко мне опять, и пришлось выставить руку, чтобы он не дотронулся до меня своим телом. Когда моя ладонь в отталкивающем жесте легла ему на грудь, мы оба вздрогнули, почувствовав легкий разряд тока. 

– Что это было? – прошептала я, хотя разрывать сложившуюся интимную ситуацию не хотелось.

Глупо, но меня никогда еще не било током при прикосновении к мужчине, только в книжках об этом читала. 

– Думаю, это предупреждение вашего браслета, – холодно ответил Гилберт, отходя от меня и отворачиваясь. – Агнесс, мне надо одеться, я не думал, что вы так быстро придете. Женщины, в основном, собираются дольше.

– Я подожду вас у себя, – разочарование нахлынуло волной, все-таки я дура, верю всяким романтическим книжкам или своим фантазиям. А это всего лишь браслет.

–  Кстати, вы забыли оставить мне ключ от комнаты.

– На столе возьмите, это ваш.

Я проскочила к столу, что стоял недалеко от двери, взяла ключ и, не глядя на мужчину, стремительно направилась к выходу. 

– Агнесс, простите мою грубость, – перехватил мою руку барон. – Но иногда вы бываете…

– Невыносима? – усмехнулась я. 

– Да. Хотя, признаться, посмотреть на розовые чулки мне до сих пор охота, – хмыкнул Гилберт, криво улыбаясь.