Клеопатр

 Когда речь идет о первоправителе, тут уже преувеличение приобретает гиперболический характер. Он наделяется божественными чертами. Одна былина рассказывает, как Киркюр, прошу прощения, ваше величество, своим мужским достоинством пробил пролом во вражеской крепости. После чего туда ворвались воины и полностью разгромили неприятеля. 

Клеопатр усмехнулся.

- Почему-то учителя истории мне никогда не рассказывали об этом. Берегли мою детскую психику?

- Учитель истории не имел возможность познакомиться с этой былиной.

Она не публиковалась. Другая версия утверждает, что, да, такое имело место быть, поскольку легенды, былины, исторические песни возникают не на пустом месте. Киркюр был любвеобилен, как и многие мужчины тех древних времен.  До старости он имел за одну ночь по нескольку женщин сразу. Заниматься повторно с одной и той же ему претило. Девственницы обязаны были проходить через его ложе. Это был неписанный закон, который никто не осмелился нарушать. 

- Разумеется, за исключением кривых, горбатых, безногих и прочих уродин, которым суждено было на веку остаться старыми девами.

Я правильно понимаю?

- Да, ваше величество! Правители других государств, зная об этом пристрастии Кирюра, дарили ему красавиц чуть ли не целыми гаремами. Чему, конечно, он несказанно радовался. И проявлял благосклонность к этим правителям. 

- Но ни один бюджет не выдержал бы такого количества праздников. Тут один праздник ввел нас в невиданные расходы. Держава Кирюра должна была бы разориться. 

- Но никакого бюджета и не было.

Кирюр со своей дружиной, двором и гаремом переезжал с места на место. Почти в каждом городе был для него приготовлен дворец. Для местных жителей это было чем-то вроде дани-налога обеспечивать очередной праздник, кормить и поить многочисленный двор правителя. 

- Вы, любезнейший, какой версии придерживаетесь? Судя по вашему тону, ни та, ни другая вас не устраивают.

- Эту версию никто не смел высказывать.

Клеопатр удивился.

- Разве требуется смелость, чтобы выдвигать версии в науке? Пусть даже такой, как история.

Если никто не смеет высказывать версию, то выходит, что она не существует. Версией может быть лишь то, что высказано и подтверждается аргументами. 

- Она высказывается только в узком кругу посвященных, между людьми, которые полностью доверяют друг другу.

Нельзя ли этот круг расширить еще на одну персону? Я имею в виду себя. Я, конечно, не могу настаивать. Но согласитесь, этот сюжет мне не безразличен.