Ключи от города

Ничего не понимая в технике, не могла знать, насколько реально такое событие, и старалась сидеть прямо и смотреть только вперёд, чтобы не отвлекать Леха от управления.

Мостовая послушно ложилась под колёса и паровик шёл себе и шёл, пыхтя, погромыхивая, но не останавливаясь, а когда дома расступились, знаменуя приближение окраины города, мы с Лехом одновременно облегчённо вздохнули.

Я лишь теперь обнаружила, что оба всю дорогу не разговаривали, только гадали каждый про себя успеем или не успеем. Наверное, в следующий раз следовало выехать раньше.

Я так и сказала Леху, объяснив, что Бонифаций не станет возражать против лишней предосторожности, он ведь всегда хорошо ко мне относился, а сейчас ещё и сознавал важность моей миссии. Странно, но сама оценила её только теперь, когда объясняла Леху. Мы почти добрались, последние дома города остались за спиной, и машина выскочила из унылых сумерек в честный закат. Произошло это внезапно. Я заморгала от неожиданности. Показалось, грядущая тьма скопилась у порога, чтобы присмотреть себе новый удел. Впрочем, не следовало об этом думать, чтобы не привлекать дурными мыслями плохие последствия.

Солнце стояло не так и низко, словно желая напомнить, как многого мы лишаем себя, оставаясь в городе. Здесь ещё разгорался вечер, ничуть не стемнело, только свет помягчел и отливал золотом. Тёплый живой мир пока существовал, не сдавался.

Вместо того, чтобы наслаждаться им, я вспомнила украшения Гражины аккуратно сложенные на сырых камнях. Что же хотел сказать неведомый темень? А ведь именно мне предназначалось послание, никто другой просто не вышел бы до утра на улицу.

Неужели был у меня в ночи пусть не союзник, но хотя бы не противник, а я и не знала о нём ничего? Как бы выведать, чьё благоволение сберегло двух женщин от неподвластной росинкам напасти.

– К роднику ещё рано спускаться, – сказал Лех. Он заметно расслабился, оказавшись на родных просторах, и поглядывал теперь и на меня, не только на дорогу. – Посиди пока в доме или саду, заодно проведаешь свою подругу и мальчика.

Я обрадовалась прекрасной возможности пообщаться с Катериной и поглядеть на то, как Иштан освоился в непривычном для него мире. Действительно, родничок проснётся на закате, когда уходящие лучи коснутся его своим теплом, а пока он обычный кипун, каких много. Глупо сидеть и ждать одной на берегу, когда можно провести чудесные минуты в обществе добрых людей. Мы прогрохотали по мосту, и я приметила на всякий случай камень, о котором говорила Эльвира.