Драгоценная

Не выдержав, я засмеялась и тут же пожалела об этом.

Руки Лариона крепче сжались на талии, и я как никогда отчетливо почувствовала их жар. Глаза тара стали совсем темными, а лицо было на недопустимом расстоянии от моего.

— Давайте не будем о прошлом, лия Армель. Эти разговоры меня… расстраивают. А вы ведь помните, как я несносен, когда расстроен?

Я помнила… Очень хорошо помнила. И вкус крови на языке, когда он прокусил мне губу. И жар дыхания на шее и… небольшой багровый след, что остался на нежной коже на долгие две недели.

Да, льер Идамас, или все-таки — льер Сельтор? — умел мстить. Расчетливо и очень искусно. Извечные, за что вы снова столкнули меня с этим мужчиной?

— Так вы что, знакомы? — тяжелую тишину разрушил удивленный голос Лазара.

— Приходилось… встречаться, — уклончиво отозвалась я, пытаясь высвободиться из крепкого захвата.

С большой неохотой тар отпустил, позволяя сделать несколько шагов назад, но когда я вскрикнула от боли, мгновенно оказался рядом, подхватывая на руки.

— Брат, будь добр, попроси здесь убраться, вызови целителя и вели, наконец, подать чай.

— А ты куда?

— А я пока помогу госпоже наложнице устроиться с комфортом, полагающимся ее статусу. Заодно немного… пообщаюсь.

И так многозначительно это прозвучало, что мне сделалось страшно. А еще жарко. При попытке спрятать глаза я бросила взгляд на пол, усыпанный осколками. Вот чего стоила моя неосторожность. Тонкие тканевые туфельки наложницы не уберегли нежную кожу. Кровь продолжала капать из пятки, украшая паркет алыми узорами.

Зрелище оказалось настолько завораживающим, что голова закружилась, и я потеряла сознание.

***

Туман в голове пугал и нервировал. Я открыла глаза и тяжело вздохнула: никогда бы не подумала, что вид крови так на меня подействует. Слабость все еще сохранялась, поэтому мне оставалось только осматривать окружающую обстановку. Старый знакомый разместил меня на софе в соседней комнате, в той самой, где я пыталась сервировать чайный столик, а сам отошел к бару и теперь гремел какими то бутылками-склянками.

Провозившись еще немного, Ларион подхватил наполовину наполненный бокал и направился ко мне.

— Вы пришли в себя? Отлично, а то не хотелось бы намочить ваш не совсем скромный наряд.

После подобных слов слабость быстро прошла, уступая место злобе и негодованию.

— Возьмите, лия Шанталь. Надеюсь, это немного приведет вас в чувство, мне надо осмотреть рану.

— Не стоит утруждаться, льер Идамас.