С его стороны, с её стороны

Они реагируют на запах человеческого пота, и прокусывают в коже своей жертвы небольшое отверстие, в которое затем откладывают свои яйца. Когда личинки вылупляются, они сразу же оказываются в крайне благоприятной для них среде, начиная медленно пожирать подкожные жиры носителя.

Заглянув в совсем уже бледное лицо Штутберта, я улыбнулся, прекрасно осознавая, как мерзко это выглядит без скрывающей мои шрамы маски.

— Само по себе это не смертельно, но очень, очень неприятно, а самое замечательное — как только черви начнут размножаться внутри гноящегося тела, избавиться от них станет уже практически невозможно.

Через пару недель вы будете умолять меня не отпустить вас, мистер Штутберт. Вы будете молить меня о смерти.

— …Вы отпустите меня? — После непродолжительно молчания тихо спросил меня он.

— По крайней мере, я над этим подумаю, — сказал я честно.

Будь он жителем моей марки, и я бы вздёрнул его без особых колебаний, в назидание остальным. Но Штутберт был приезжим, так что в его казни не было особого смысла.

Более того, смертельный приговор купцу, пускай и оправданный, несомненно оттолкнёт от Финстенмарка и других торговцев, которые и без того посещали марку куда реже, чем мне бы того хотелось, несмотря на все прилагаемые мною усилия для исправления ситуации. С другой стороны, если удастся завербовать купца, то он ещё сможет принести мне пользу.

Нужно ли говорить, что мистер Штутберт вскоре рассказал мне всё, что я только хотел услышать?

Когда его увели в одну из задних комнат ратуши, где он до поры до времени пробудет под арестом, я разложил перед капитаном Девером карту Финстермарка и произнёс:

— Как я и думал, граф Форбек всё никак не может оставить его со мной довольно одностороннюю вражду.

— Возможно, это как-то связано с тем, что я случайно велел немножко повесить его единственного сына, но, эй, подумаешь, ошибочка вышла. — Твои мысли?

Капитан задумчиво посмотрел на карту, а затем указал пальцем на границу марки.

— Купчишка должен был предупредить, если в Дункельдорф войдут ваши солдаты.

Если «нет», то граф пошлёт своих людей перехватить леди вон Тюринг. Если «да», то он откажется от своей идеи, решив, что вы вышлите ей сопровождение, а нападать на дочь герцога на своей земле не решится даже такой отчаянный человек как Форбек.

— Согласен. Он мститель, а не самоубийца, да к тому же наверняка так и не отказался от идеи вернуть себе контроль над Финстермарком.

— Пока мы живы, не бывать тому, мой маркиз.

Я тихо кивнул.