Свадебное ожерелье

— Совсем не об этом…

Девушка поднялась и выбежала на улицу, протолкнувшись через веселящуюся группу у входа. Расстроенная и заплаканная, она бежала довольно долго, очнувшись в совершенно незнакомой части города. В воздухе плыл отчетливый запах гниющей рыбы, поблескивала в своих каменных берегах река, делившая Иналь-Бередик надвое. Чуть дальше к западу, на левом берегу, виднелся торговый порт и множество разноместных лодок, перевозивших грузы. Дымили, заслоняя небо чернотой, расположенные прямо в порту коптильни.

Вилена всхлипнула, пытаясь затолкать обратно всю свою досаду и недовольство, но слезы в два ручья хлынули из глаз, орошая нежно-бирюзовый подол платья крупными каплями. Девушка взвыла и уселась на траву на склоне берега, подтянув коленки к груди и пряча лицо в ладонях.

Она так самозабвенно заливала слезами свое горе, что совершенно не услышала приближающихся шагов.

— Дорогуша, что это вы тут вздумали рыдать? — прозвучал над ней низкий женский голос. — Воды и так достаточно, вам не кажется?!

Вилена смолкла и подняла глаза на нарушительницу ее уединения.

Ею оказалась высоченная, шикарно, но безвкусно одетая шатенка средних лет. Женщина придерживала одной рукой широкополую шляпу с позвякивающими бусинками, а второй повыше приподнимала подол темно-красного платья с объемными нижними юбками.

— Совсем дитя! — воскликнула женщина. — Не нужно плакать, милая.

Вилена вытерла глаза, пытаясь справиться с неожиданно начавшейся икотой. Женщина протянула ей руку, помогая подняться.

— Что могло расстроить столь юную девушку? Как вас зовут, дорогуша?

— Вилена, — ответила девушка и, громко икнув, тут же покраснела до корней волос.

— Милая Вилена! Что же вы тут рыдаете?! Платье, глядите, все перепачкали! — И женщина указала ей на несколько крупных травяных отметин на бирюзовой материи. — Я знаю, что вам поможет! Чашка самого вкусного горячего шоколада в городе и парочка кренделей с клубничным джемом!

— Спасибо, простите… не знаю, как вас зовут...

мне ничего не нужно, — еле выдавила из себя Вилена, стараясь справиться с подступившими вновь слезами.

— Меня зовут Элеонора Радкерой! Мы сею же секунду едем к моей дорогой Изабелле в ее чудесное кафе! И не вздумайте со мной спорить! Я все решила! Тем более, глядя на вас, я безумно захотела чего-нибудь сладкого — первейшее средство от горьких дум. Едем! Немедленно.

И женщина потащила Вилену в сторону от реки, цепко сжимая ее руку морщинистой сильной ладонью.