Наследница мага 2: Меж двух огней

Боязливо заглядывая в узкие оконца камер, Ася испуганно отпрянула от одного из них. Её напугало нечто полупрозрачное, сизое, неприятное, зловещее. Оно имело очертания высокого худого лысого человека и пялило на путешественников огромные круглые светящиеся глазищи, похожие на автомобильные фары. Дверь заходила ходуном под ударами его кулаков. Раздались противные булькающие звуки.

- Это увядающая душа одного из узников, - объяснил Тимур так спокойно, как будто перед ним была лающая собака. – Запертые здесь маги после смерти не обретают покоя в ином мире, а остаются вот такими.

Не бойся, для живых они не опасны, да и дверь камеры заговорена, не выпустит.

В следующей камере кто-то явно сходил с ума. Оттуда доносился утробный рык, от которого мороз шёл по коже. Об дверь будто кто-то тёрся с той стороны, а потом начинал биться об стену. В крохотном окошке мелькнуло шерстяное волчье ухо.

Ещё несколько камер с узниками, которые стенали, выли, бесились, сходили с ума или даже превращались в каких-то омерзительных существ, и Ася, наконец, успокоилась, увидев того, кого искала.

Отвернувшись от двери, на полу в самом дальнем уголке камеры, свернувшись калачиком и обхватив руками голову, лежал Лёня.

- Стой! Ася, стой! Нельзя! – наперебой закричали на неё Лиза и Тимур, но было поздно. Никого не слушая, она толкнула тяжёлую скрипучую дверь и, ворвавшись в камеру, упала на колени перед несчастным узником.

- Лёня! Лёня, Лёнечка, это ты, ты! Живой! Ох, что они с тобой сделали… Ты поседел!

Это было правдой.

Процесс ускоренного старения уже начался. Прыг-Тык-Шмыг лишился всего своего позитива, в нём больше не осталось ни мыслей, ни чувств, лохматые волосы тронула седина. Леонид больше не был тем юным магом, коим его привыкли видеть друзья. Вместо него на полу лежал изнурённый, весь какой-то высохший сорокалетний мужчина со впалыми щеками. Скользнув по Асе равнодушным взглядом, он снова отвернулся к стене. Выцветающие глаза смотрели в одну точку. Никто из друзей узнан не был.

- Лёня! Ты меня не помнишь?! Это же я – Ася! Вспомни! Вспоминай, вспоминай скорее, и мы уйдём отсюда все вместе…

Ответом было молчание.

- Леонид истощён, - задумчиво сказал Тимур, - Он утратил свою главную способность – позитив, а вместе с ним и своё второе «я». Его убили морально, а сейчас гибнет и тело.

- И что же нам с ним делать? – спросила Лиза, - Он не сможет уйти с нами в таком ужасном состоянии. Смотри, ему всё до лампочки.