Рассказы о Влодьзимеже Качмареке

Полицейскому, ноги которого онемели от понимания, что вся эта громадина летит прямиком на него, только и оставалось, что зажмуриться и гадать – поможет ему зонт, а если нет, то будут ли хоронить его в закрытом гробу или всё-таки кремируют? Вряд ли Смыка подвёл глазомер, скорее сыграл роль сильный боковой ветер, потому как объект – сразу же опознанный и летающий главным образом вниз, никого не задев, опроверг пословицу про не падающий в одну и ту же воронку снаряд. Громыхнуло так, что все бродячие собаки в Быдгоще, от греха подальше, поджав хвосты и прикинувшись беженцами, в срочном порядке покинули малую Родину, чтобы уже через два дня наводнить собой более спокойный и приспособленный к мирной жизни Грудзёндз.

Стоило только пыли рассеяться, как осторожно приоткрывший правый глаз инспектор, увидел перед собой взъерошенную голову пана Яцека, торчавшую из глубокой ямы.

– Когда посетит тебя горе, взгляни вокруг и утешься: есть люди, доля которых ещё тяжелее твоей.

 – Жалобным тоном вымолвил Мулярчик у кого-то когда-то подсмотренное выражение, натужно улыбнулся и потерял сознание.

Когда к пану Яцеку сознание вернулось, он обнаружил себя лежащим на носилках внутри машины скорой помощи. В ушах его стоял гул. В набухшей вене его левой руки торчал только что опустошённый шприц. Миловидная медсестра, приятно улыбаясь, кивнула ему в знак приветствия, выдернула иглу и взглядом указала посмотреть направо, что он тут же и сделал, и, увидав сидящих на скамейке Качмарека и Смыка, сделал справедливый вывод, что ему только что вкололи какой-то наркотик, потому как, будучи в трезвом уме и доброй памяти, он вряд ли бы им обрадовался.

Влодьзимеж с инспектором в свою очередь смотрели на Мулярчика, как песцы на моль – двухнедельное пребывание старика в коме было интерпретировано ими как саботаж.

– Но мы предоставим вам шанс реабилитироваться. – Произнёс Качмарек таким тоном, что лоб и спина пана Яцека покрылись испариной.

Заподозрив, что новых горестей и лишений не миновать, пожилой любитель клейстера поднял тулово, будто бы для того, чтобы размять затёкшие кости, а уж следующим его действием должно было стать неожиданное для мучителей бегство, как можно быстрей и дальше, но разглядев закованную в гипс ногу, Мулярчик уразумел, что задуманный им план, несмотря на его кажущиеся простоту и эффективность, заведомо обречён на провал.