Луна и угли

И вой, что разносился по всему лесу. Ричи бежал и тянул ее за собой. Элиника едва поспевала за ним. Он отпустил её. Они бежали. Не оглядываясь.

«Аарона больше нет. Есть только оборотень… Надеюсь, она понимает это».

Он отгонял крамольные мысли о том, что теперь у него есть шанс с ней.

Ричи бежал. Тяжелый топор выскальзывал, рукоять все еще была липкой от крови. Ветер больше не доносил до них крики или вой. Ричи увидел просвет.

– Кажется, там выход! Поля пшеницы.

Девушка закивала.

– Они…

Среагировать не успел бы никто.

Когда раздался звук лопнувшей струны, земля ушла из-под Ричи. Инстинктивно он раскинул руки в стороны. Левая ухватилась за край ямы. Правой мешал топор, и Ричи откинул его.

Это была яма с кольями. На кого нужны такие ямы, отрешенно подумал Ричи. Он боялся подумать, что с Элиникой.

Он висел, хватаясь за край ямы. Сердце бешено колотилось. Ноги уперлись в корни, и он смог подтянуться и вылезти. Затем оглянулся. От увиденного потемнело в глазах. Рот пересох. Он упал на колени, не способный сделать вдох.

Элиника лежала лицом к небу. Живот пробило в двух местах. Один кол торчал из бедра, еще один из груди. Она кашляла, кровавые пузыри надувались и лопались. Голова ее мелко тряслась.

– Погоди, я сейчас спущусь.

Он не узнал своего голоса. Слезы застилали глаза. Опустился на корточки, думая, как лучше спуститься.

– Ричи, не надо… Ричи… Проклятье, больно… – Она закашлялась, часто задышала. – Найди жену. Заведи детей… Не тоскуй по мне… Люби. Люби и позволяй любить… обещай… Вот и она… Дорога.

.. Может, я там найду покой. Ты видишь?

Она смотрела остекленевшими глазами за спину Ричи. Там горела луна.

Элиника дрогнула всем телом и затихла.

Ричи не помнил, что делал. Перед глазами был туман. Возможно, рыдал. Рвал на себе волосы. Катался по траве и бил по земле. Никто не гнался за ним. Да ему было все равно… Он не мог оставить ее тело там. Он представил, что это делает не он, он действовал бессознательно, и сделал всё, что нужно. Унёс Элинику как можно дальше от леса и придал огню.

Ричи помнил, что Элиника рассказывала, что делают уртагане с мертвыми. Они сжигают их ночью, чтобы тебе могли попасть на луну, к родным.

– Спустя шесть лет и много разных профессий я явился туда, в Полосатики, в качестве молодого сержанта регулярной армии. Со мной был отряд. Верные мне воины, готовые убивать, сжигать и грабить по моей указке.

Старик замолчал, катая во рту слова. Костер догорал.

– «Давай сожжем эту поганую деревню», – говорили мои.