Берендей

На Берендея шел сильный и красивый зверь. Так ходит тигр, учуявший добычу. При свете Берендей разглядел его как следует: широкая грудь покачивалась из стороны в сторону, над опущенной головой вздымалась холка, и плавно перекатывались лопаточные кости. Бер шел неторопливо, лениво выкидывая вперед когтистые лапы, взрывавшие снег. Он спал как хозяин, а теперь шел как хозяин.

Зверь приближался. Он уже вдвое сократил расстояние между ними и шел так уверенно, будто точно знал, что бояться нечего. А ведь он был не просто бером — он был берендеем, он знал, что означает нацеленное на него ружье.

Но без страха смотрел в два дула, готовые изрыгнуть тяжелые пули. И шел прямо на Берендея, не останавливаясь и не ускоряя шагов.

Если бы бер побежал или поднялся на задние лапы, Берендей бы выстрелил — только от страха. Но медведь не побежал. И не поднялся. Он шел словно на таран. Как будто у Берендея не было ружья. Как будто испытывал его на прочность.

— Ну! — крикнул Берендей, но не смог нажать на курок.

И понял, что медведь не станет пугать его. Он будет подходить все ближе, смотреть в глаза. И Берендей не выстрелит. Он не выстрелит! А потом будет поздно, и бер убьет его.

Берендей подпустил его к себе шагов на двадцать. Больше ни секунды медлить было нельзя: зверь преодолеет эти двадцать шагов в три прыжка. Ну, в четыре.

Берендей развернулся и побежал. Он быстро бегал на лыжах, на этот раз у Заклятого не было ни единого шанса его догнать: не позволил бы глубокий снег.

И вдруг за спиной он услышал смех.

Обычный человеческий смех. Заклятый смеялся басом, зло и обидно. А потом смех смолк и грохнул выстрел. Около уха свистнула пуля и со стуком впилась в ствол дерева впереди. Берендей метнулся за дерево, и второй выстрел уже не застал его врасплох: он опять вскинул ружье и поискал прицелом Заклятого. Но тот тоже спрятался за дерево — ему надо было перезарядить двустволку.

«А я бы не промахнулся», — подумал Берендей. И понял, что не убьет Заклятого и в человечьем обличии.

Потому что убийство человека — главное табу для берендея. Даже того человека, который стреляет в него. А может быть, он придумал это для себя? Может быть, ему не хватает духу убить человека? И табу здесь ни при чем? Да какая разница!

Берендей не стал дожидаться, пока Заклятый перезарядит ружье. Он успел отбежать на приличное расстояние, когда снова прогремели два выстрела подряд. На этот раз он не услышал даже свиста пуль — стрелял Заклятый плохо.