Игры Богов

- Не стоит, - услышала я сзади себя до боли знакомый голос. Стас налетел на меня, вцепившись руками в мою ночную рубашку. Лейла на секунду сникла, но вскоре вернулась к прежнему образу. Парень подошел и поцеловал меня в щеку, а малыш, забравшись на мои руки, повторил за ним. – Я сам приготовлю чай. Всем, - нажал парень, глядя на Услада. Щелчок и вино у того исчезло с рук. – Здесь ребенок, стоит воздержаться от пагубных привычек. Даже если это твоя повседневная обязанность.

- Хорошо, а я вчера к вам хотела зайти, но не запуталась в лесу.

Как-то странно, - все еще улыбаясь, проговорила Лейла. Девушка медленно подходила, к готовящему чай Ганилю. Мы с братом сели напротив Услада, ожидая своего завтрака. – С каких пор ты готовишь без магии? И почему ты здесь?

- Я обязан перед тобой отчитываться? – вскинул свою светлую бровь парень, заставив девушку, пристыжено потупить взгляд. Однако Русалка быстро на меня гневно посмотрела. – Мы отдыхали и не желали никого видеть.

- Мы? – хором спросили Услад и Лейла.

- Да, именно так, - сказал парень, расставляя на стол чашки с ароматным чаем и блинами. Понял, что они мне нравятся. Улыбнулась. Настроение немного улучшилось. Стас вообще не обращал внимания на гостей, поэтому быстро принялся к поглощению лакомства. – Если есть еще какие-то вопросы, которые вас не касаются – советую их оставить при себе. Сейчас лучше приступить к еде и обсудить дела.

- Ты прав, - кивнула я. Эти двое все равно от нас не отстанут. Последуют везде чисто из своих соображений.

Лейла тоже кивнула и приступила к еде. Услад демонстративно отодвинул от себя тарелку с блинами, но чай пил и зло смотрел на Ганиля. Русалка предпочитала улыбаться, но что-то недоброе повисло в воздухе рядом с ней.

Мы с Ганилем не обсуждали наши отношения эти дни отдыха, наслаждаясь, присутствием друг друга. Мне не хотелось поднимать эту тему, а он просто следовал моим желаниям. Легче было ничего не знать и не задавать вопросов. Его присутствие я чувствовала всегда. Иногда сидя рядом с ним, прислушивалась к дыханию и биению сердца парня.

Это были только наши моменты, которые других не касались. Каким-то образом я привыкла к его тихой заботе. Понимала, что этот парень знал, что нужно делать. Поверила. Доверилась. Стало легче на душе. Стас всячески поддерживал меня в этом моем спокойствии. Был рад этому. Мы за нашу жизнь никогда не видели нашу маму в состоянии покоя. Она всегда боролась за право жить так, как хочет, и чтобы мы имели право выбора.